Миры Виктора Колесникова

«Рудник? Шахта? Астероид? Это Ад? Меня не успели спасти? Просто сон? Или такой цикл кошмаров, который иногда любит подбросить мне моё подсознание»? – мысли одолевали его снова разболевшуюся голову. У человека было много вопросов, на которые ни он, ни его сосед по конуре не мог ответить. «Возможно, – думал он – я умру, так и не узнав, где нахожусь».

***

Астронавт проснулся от звука струящейся воды. Энди невольно дернулся, и сосед, справляющий нужду, обернулся.

– Ещё ночь, за нами придут позже, так что поспи ещё.

А захочешь отлить – под себя не ходи! Мочу нужно собирать, – он ловко залез в скафандр, надел шлем и закрыл блистер. Энди хотел бы спросить для чего, но собеседник спрятался в своём «панцире», словно занесённая в красную книгу древняя рептилия. Теперь к длинному списку вопросов Эндерс добавил ещё один и, несмотря на невыносимый холод, быстро провалился в сон.

– Эй! Вонючие ублюдки! – услышал астронавт сквозь сон. В этот раз не такой чуткий. – Быстро в шахту! Время работать! – с этими словами человек в скафандре военного образца что есть силы пнул узника ногой и направился к следующему отсеку-камере.

В руке надзиратель держал длинный железный прут.

– Какого черта ты, сука, разлеглась как будто на курорте!? – неистово кричал он на каторжников из соседней камеры. Сосед Энди подал опешившему от происходящего астронавту руку, и они вместе проследовали по узкому коридору в общий отсек, где уже столпилось человек двадцать. Все пленники были одеты в потрёпанные скафандры. Путешественнику сложно было разглядеть лица, спрятанные под сильно запыленными стеклами шлемов.

В помещении, где собрались люди, находились кислородные системы в твердых защитных кожухах с креплениями для скафандров.

– Живее! Подключайте кислород! Или что? Хотите сдохнуть, не дожив до вкусного обеда!? – Энди невольно сглотнул. Он представил этот, по словам надзирателя, вкусный обед и снова почувствовал приступ тошноты. Каторжники молча прикрепляли друг к другу ранцы с запасом кислорода. Эндерс ощутил слабый удар.

Его кислородный баллон пристегнули к скафандру. В шлем попала пыль, забившаяся в трубку кислородной системы, и теперь ее кристаллики были повсюду: во рту, глазах и ушах. Он начал кашлять. Глаза слезились и болели, но возможности проморгаться ему не дали.

Дверь распахнулась, и перед космическим волком открылся вид на едва освещенную бездну. Узкий крутой спуск уводил глубоко в недра черной пугающей неизвестности. Путешественника охватила паника.