Морские рассказы (сборник)

Морские рассказы (сборник)

Виктор Викторович Конецкий

Русская классика (АСТ)

Виктор Конецкий (1929–2002) – советский и российский писатель, киносценарист, капитан дальнего плавания. Автор более пятидесяти литературных произведений, изданных не только в России, но и за рубежом.

Главное произведение писателя – роман-странствие в восьми книгах «ЗА ДОБРОЙ НАДЕЖДОЙ» (1969–2000). Отдельные его части вошли в книгу «Морские рассказы».

Основным фоном произведений Виктора Конецкого было море, оно же было и неотъемлемой частью всей его жизни.

Но писал он прежде всего о душе человека в его странствии по океану бытия. В доверительном и исповедальном разговоре Виктора Конецкого с читателем всегда есть место и юмору, и грусти, и надежде на спасение в резко меняющемся мире. Возможно, именно поэтому его произведения уже более чем полвека не оставляют равнодушными несколько поколений читателей и не дают забыть, что Россия – великая океанская держава.

Виктор Конецкий

Морские рассказы

© Виктор Конецкий, текст, наследники, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

* * *

Морские сны

Тихая жизнь

15.

09.69

Идем из Сингапура на архипелаг Каргадос.

Жара. Средней силы пассат – в корму слева.

Матросы мажут суриком грибки вентиляторов. Карминные пятна на белом – сильный контраст под полуденным солнцем. Матросы полуголые, в немыслимых шляпах, панамах, и не торопятся. Никто никуда не торопится.

Пижон бродит по крыше носовой надстройки – это под окнами рулевой рубки; Пижон ищет тени, но он уже привык к жаре, он не так ищет тени, как развлечения в полуденной скуке.

Изредка, чтобы показать, как ему тяжело, Пижон вывешивает язык.

Дебелый кок вылезает из бассейна на крышу надстройки, он в плавках; Пижон ему надоел. Пижон знает это и наблюдает за коком издалека.

На палубе матрос Зайцев стрижет желающих под нуль. Юго-восточный пассат уносит отстриженные вихры за борт в Индийский океан. Свежеостриженные головы белеют на загоревших плечах.

С полдня моя вахта.

Одну высоту Солнца я уже взял и посчитал линию. Разность высот всего восемь десятых минуты – ясно, что мы на курсе. Мне тоже все лень и нечего делать. Я смотрю сверху на Пижона и на медленную судовую жизнь.

Хожу с крыла на крыло.

Океан и светило слепят глаза даже через темные очки. Над горизонтом – серые от жары, мутные облачка хорошей погоды. С наветренного борта волны темнее, синее, гуще; отшатываясь от борта, рождают короткие и злые радуги брызг.