Махно. Полковая казна

Мэг, ещё в голод двадцатых годов, оказывал помощь на территории Советской России и Малороссии. Помощь оказывалась от «Американской администрации помощи» (American Relief Administration), которую возглавлял в то время, будущий президент США Герберт Гувер. А в этот раз, Маккольм, под видом сотрудника миссии «Красного креста», находился на территории СССР. На самом деле он освещал для европейских газет реальную ситуацию с голодомором. А так же, по мере возможности, вместе с сотрудниками миссии «Красного креста», оказывал всестороннюю помощь беспризорникам.

Вот так, нежданно, негаданно, я встретил Маккольма, человека для меня знакомого, и можно сказать, почти родню.

Я подошёл к нему и сказал,

– Вы не узнаете меня? Я, Володя, сын Левона Мехненко -.

Он пристально вгляделся в меня, потом с нескрываемым удивлением произнёс,

– Владимир. Что случилось? Почему ты здесь? Где Леонид?– вопросы сыпались и сыпались, а я вдруг заплакал горько, навзрыд, безостановочно, с всхлипами и подвыванием.

Он прижал меня к себе, и как мог, пытался подбодрить.

Успокоившись, я рассказал, как после его ухода, арестовали Шариатского, как потом пришла из области телеграмма на арест отца, как мы бежали к Фиме, в Гуляйполе, как вскоре нам пришлось бежать и оттуда. Рассказал, как умер отец, как меня чуть не съели Проценко, и как, в общем, я очутился здесь.

Выслушав меня, все долго молчали.

Первым изрёк Михалик,

– А кому сейчас легко?-

Обстановка разрядилась.

Второго мужчину, звали Луи Селин, он был француз.

К тому же он был врач, и как потом ещё оказалось и писатель. Он дал Савику, какие-то порошки, намазал мазью и забинтовал ногу Мурату. Из вещмешка они достали банки с американской тушенкой, хлеб и мешочки с крупой. Михалик, деловито, по взрослому, поблагодарил «миссионеров» за помощь, и велел Савке все убрать в тайник.

Маккольм сказал, что меня здесь не оставит, что я пойду с ними и он обо мне позаботится. Я попрощался с пацанами, и мы с Магериджем и Луи, отправились к ним домой.

III

Миссия «Красного креста» располагалась не далеко, в доме, фасад которого, был выполнен из красного кирпича. «Крыша покрыта железом, выкрашенным в зелёный цвет. Верхняя часть крыши была увенчана узорчатой чугунной решёткой. За домом был большой сад. Особняк был огражден забором из дикого песчаника. В заборе были деревянные ворота, обрамленные прямоугольной аркой из кирпича. Перед фасадом дома были разбиты клумбы с цветами и проложены дорожки из камня.