Пушкин и другие флотские. Морские рассказы

Заставляла всё делать своими руками. Авантюрным и притягательным, словно элитное оружие, сотворил нож, карабины-зацепы, всякую снасть.

Уверен, у любого извалявшегося на диване от зависти перехватит дыхание. Не утруждался первый помощник капитана лишь должностными обязанностями. С кочки нынешних дней – совершенно дурацкими. Он как бы про это знал. За четыре-то десятилетия?! О, как!!!

Наконец, Валентина Петровна. Шеф «Валдая». Совсем молоденькой крутила в «Арсе» сталинские киношки. Всюду в них мелькали бойкие девчата: то на тракторе, то у станка.

При лирической сцене «заводили» нерасслабляющие песни откуда-то взявшимся красноармейцам, и снова без сантиментов брались за свои железки.

Девушка-киномеханик – звучало ну так, средне. В темноте кинобудки довольствовалась Валя тем, что подпевала нужным стране героиням.

В начале войны зажглась Валентина Лебедева риском на волнах. В пароходство заявилась. На топительное предположение кадровика: – Поди, готовить ты, девка, не умеешь?

Выпалила в стиле актёрки Орловой: – С жара бы моей кулебякой в тебя запустить!

Под завязку походила в караванах и одиночных плаваниях.

До Америки добирались. В грузу, притягивающим смерть, обратно через Атлантику и северные моря. Воочию видела, как гибли пароходы. Стрельба, разрывы, дикое уханье котлов под водой. От чего только не дрожала девица Лебедева? Поварского колпака была белее. На предложения: «Давай, Валечка, мы тебя по беременности спишем?» поддевала вздумавших острить, доброхотов, не стесняясь: – Да кто вам поверит?! В зеркало посмотритесь, завальщики укаченные.

Победным днём хмелила сладкой бражкой… неделю и тогда же на перспективу дочкой обзавелась.

… На всё СМП одна такая! Могу засвидетельствовать: готовила вкусно. Личная жизнь известной на флоте вещью не задалась. Её застал на «Валдае» бодрой, миловидной пожилушкой. В чём-то сентиментально отсталой, в чём-то донельзя продвинутой. Никто из нас не обманывался видом Петровны.

Все искренне почитали хрупкого шефа. Даже мы, стиляги, из одних острых углов. Иначе просто быть не могло. Выходит, кое-что понимали…

Сбор начался дикой новостью: пропал Булдаков. Сразу вопрос ребром: «Кто видел его в последний раз?» Неподготовленных к такому взяла оторопь. Молчание, переглядывание. Полный ступор. Петровна зачем-то взглянула в прямоугольный иллюминатор. На тот момент туманец налетел. Cерые, враждебные краски повлияли на её воображение.