В неожиданном рейсе

Отношение – как к племяннику папы Римского. Улыбаются и смотрят вопросительно – мол, что пожелает синьор? Душа мягкая такого просто не выносит, и ей тоже хочется радовать. Покупаю, не особо вдумываясь: нужно ли мне всё это? С последним тягуче-нежным ариведерче направляюсь на наш ковчег.

По дороге в голову лезут всякие глупости вроде: «Вот бы отмотать годы и начать всё заново. Поди, и богатеньким бы сделался». Не давая слабины, испорченный ум мечтания загасил двумя известными строчками: Времена не выбирают. В них живут и умирают.

Докеры говорливо и не менее быстро опустошали трюма. Наши парни, к моему удивлению, проявили невиданную смекалку. Дошли, сообразительные, до телефонных будок, где непривычно никем не похищаемые лежат толстые жёлтые книги.

Обзвонили по ним автомобильных маклеров, и те ринулись со своим товаром на ходу прямо к борту судна. Каких только марок не пригнали! Самой примечательной была блондинка «Альфа-Ромео». Под заказ, конечно, и дорого один моторист её купил. Каждый охочий под жизненные планы приобретение сделал.

Как это машинное стадо на палубу подняли и раскрепили, страсти на лицах улеглись. Задание пришло: следовать в Грецию под какую-то сыпучку.

В последний вечер на берег сошёл, проститься захотелось. Чуть понимать стал, почему Гоголь Италию любил. Присел где-то: «Прего бьянко мартини».

Наутро тронулись, городок сжался, стал разноцветной ниточкой. В машину дали полный ход – и снова только море.

Отшвартовались в Салониках. Новый заход не занимал никого. Народ уткнулся в свои машины. Инструментом обмениваются, пастой, шпаклёвкой. Любой автосервис заткнут. Нашлись профи и подварить, и по кузовному. Кто отхватил поновей, уже марафетят. Такие труды даром не пропадают. Цена заметно зеленеет и пухнет.

Стармех топливо подбил, заказ на 12 тонн дизельного сделал. (Этот пассаж прошу механиков прочесть внимательно). В Греции много плутов. Плутом с дурковатым лицом был и водитель, подогнавший грузовик с цистерной.

Спешился, листы показывает. Вахтенный матросик нужных вызвал. Дед с третьим пытались заправщику втолковать, дескать, давай вместе по футштоку замерим танк, куда принимать будем. Тот – чуркою: ни «по-англицки», ни по-каковскому и даже пантомимой не понимает. Однако на часы свои озабочено показывает, в бумаги тычет, а там цифра 12. Поминая весь козлиный, ослиный ряд, дают «добро» шланговаться и качать. Тупой быстро выдал.