Псевдо

– Скоро все кончится, – пожимает широкими плечами рыжебородый высокий мужчина. – Нужно время, чтобы мы восстановились.

Они идут бок о бок, нога в ногу. Толкают двери вестибюля станции метро и выходят на улицу, где их встречает порыв ветра такой силы, что брюнетку едва не сдувает с ног.

Она оступается, но рыжебородый свободной рукой хватает ее за талию и держит возле себя. Другой рукой поправляет тело Дикого на своем плече, мрачно наблюдая за суетящимися под дождем людьми.

– Посмотри на них.

– То, что, Арн? – перебивает его девушка. – Тебе ли не все равно? Думай о нашем народе!

Арн хмыкает, отпускает ее и поворачивает к белому фургону, который стоит неподалеку.

– Идем. Надо доставить Побочных, – сухо говорит он.

– Стой! Зачем? Если «Псевдо» нет, то мы свободны!

– Ты себя видела? «Морок» до сих пор на нас. Значит, пока не свободны. Да и куда ты собралась? До Перехода мы сами не доберемся.

Девушка не отвечает и хмурится. Всего пятьдесят метров до машины, но дождь успевает их изрядно намочить. Вода впитывается в ткань одежды, просачивается под нее и холодом прикасается к коже.

Арн отодвигает боковую дверь, закидывает Дикого внутрь и вместе с брюнеткой забирается следом. На потолке загорается одна длинная лампа. Голубоватый тусклый свет вытягивает из темноты еще двоих Диких. Мешки на головах, связаны по рукам и ногам. Они тихо хрипят и дергаются на звук пришедших.

– А вдруг они нарушат уговор? Вдруг наших…

– Инга… – Арн вздыхает и закрывает глаза, – Не нагнетай. Отвезем Побочного и там все выясним.

– Да, прости… Я… Я переживаю за своих.

– Я тоже. Поэтому мы обязаны собраться и действовать последовательно. Шаг за шагом, осторожно. Если от «Псевдо» освободили не только нас, то есть шанс пересечься, и тогда уж точно прорвемся.

– Ты прав, – Инга сдержанно улыбается. – Иди заводи машину. Я тут быстро.

Арн кивает и выходит под усиливающийся дождь.

– Да уж. Летняя погодка… – он недовольно бормочет в бороду, закрывая за собой дверь.

Инга остается наедине с тварями.

– Не повезло вам… Всем вам, – с неким сожалением говорит девушка.

Она заводит руки нового Дикого за спину, сцепляет их наручниками. На голову накидывает мешок с темными пятнами от засохшей крови и фиксирует его на шее веревкой. Ноги заключает в тяжелые железные оковы, которые крепит карабином к крюку в полу.