Когда звезды коснутся Земли

– Ха! Нашим стараниями. Да не смешите! – девушка приободрилась и иронично всплеснула руками. – Кто бы это заметил и сказал «спасибо»? Все вокруг считают, что мы тут занимаемся никому не нужными букашкиными делами, в то время, как кто-то другой бороздит просторы космоса и строит города на Марсе. И так от этого становится обидно! Вот на что мы тратим свои знания и жизни?

– Прекращай истерику, Люси! Никому не нужные дела не финансируют десятизначными суммами. Ты и сама прекрасно знаешь, что наши пчелы, которые опыляют семьдесят пять процентов культурных растений и девяносто четыре дикорастущих, держат на своих крыльях все хрупкое равновесие этого мира! Хоть на секунду представь, что будет, если мы остановимся? Исчезновение растений, вымирание животных, рост цен на продукты, голод, войны… Да даже проклятого кофе не станет! А лично я только ради этого готов работать, – на такой позитивной ноте Томас закончил свою воодушевляющую речь и только сейчас заметил, какая тишина повисла в шумной лаборатории и как вдохновленно двадцать сотрудников воззрились на своего идейного предводителя.

Люси залилась краской, осознав, что ее жалобы на несчастную участь выслушал весь коллектив, и удивительным образом собралась. Пару раз кашлянув и прочистив горло, девушка с прежним рвением вернулась к работе.

– А среди тех, которые обслуживают северо-восточный регион, стали появляться единичные особи с разноцветными усиками. Там, вроде, и не живет никто, но не сами же они разукрасились? Состав красителей легкий, на вес фактически не влияет.

Томас взял в руки неподвижное электронное насекомое с пушистыми лапками и брюшком, которые так приятно щекотали ладони, и невольно улыбнулся. Действительно, усики были разноцветными, почти как сама радуга, и это было даже забавно.

– Оставляй, на функциональность не влияет. И, Люси, возьми пару выходных, проведи время с Фредом и детьми. Я очень ценю то, с какой самоотдачей ты здесь трудишься, но какие-то функции стоит распределять и на роботов-помощников, не обязательно все делать самой.

Том абсолютно точно знал это по себе, мучительно пытаясь вспомнить лицо собственной матери, и тот день, когда он видел ее в последний раз.

Из лаборатории доктор Донахью прошел в свой небольшой кабинет. Арчи это место не очень нравилось: здесь не было ни летающих букашек, ни даже окон.