Галактика строгого режима

А споры эти весьма агрессивны для продвинутых биологических форм, вроде человека. Но если местная фауна еще как-то научилась с ними бороться, и споры прорастали только на открытых ранах местных обитателей, то человеку достаточно было просто подышать воздухом в местных красивых полях и лугах – буквально через несколько дней споры прорастали, и человеческий экземпляр неожиданно обрастал красивой порослью рыжеватой, внешне совершенно безобидной, травки.

В процессе превращения в живую клумбу человек умирал. Корни, увы, были совершенно немилосердны, прорастая сквозь органы, кровеносные артерии и прочие, жизненно важные, участки организма.

И ничего с этим поделать мы пока не могли.

Поэтому нет, универсальных средств, адаптирующих нашу иммунную систему к вызовам галактического масштаба, у нас пока не было. И далеко не факт, что они когда-нибудь появятся – только в нашей Галактике оставались еще тысячи потенциально обитаемых планет, на которых еще не ступала нога человека, милки, дняшки или какого-то другого продвинутого космического племени.

Что уж тут говорить обо всей Вселенной…

Мы с Ольгой стали первыми, кому в тело вживили специальные искусственные органы, вырабатывающие продвинутую смесь из био-блокаторов, способных атаковать чужие клетки и вирусы, а также микроскопических, буквально в несколько молекул, роботов-камикадзе, также работающих по принципу лейкоцитов. Насколько я понял, к этой работе привлекали и милок, и дняшек, использовали не только наши, но и их базы вредоносных микроорганизмов и типов угроз, поэтому наш иммунитет, по словам врачей, должен был убить даже черную мамбу, если она рискнет нас укусить.

Против большинства ядов он работал тоже. Жаль, что не против всех…

В общем, две недели анабиоза в госпитале не прошли даром – улучшенные версии нас с Ольгой должны были в разы эффективнее справиться с любым заданием в дальнем космосе и на планетах, если его выполнение было хоть как-то связано с нашими физическими возможностями.

Правда, имело это и некоторые побочные эффекты.

Пришлось буквально учиться заново ходить. Нет, волокна-усилители вели себя спокойно, если ты просто шел и не прилагал лишних усилий. Но стоило тебе чуть-чуть напрячься, и ты запросто, сам того не ожидая, совершал двух-трех метровый скачек. Бег и вовсе поначалу был мучением, а чтобы заново научиться прыгать, нас поместили в специальный спортзал, изнутри затянутый сетками, даже под потолком, высотой под двадцать метров.