Под защитой монстра

Я чувствовал, на этом самолете ОНА – моя избранная, и с замиранием сердца наблюдал за происходящим, не имея возможности что-либо изменить.

Глава 6. Надежда

– Я что, все-таки умерла?

– Ага, и попала в рай.

Едва успела продрать глаза, как отпрянула ошарашенная своим видением, чудом не свалившись с кровати. В абсолютно белом помещении передо мной сидел сам Алекс Шторм во плоти, сияя лучезарной улыбкой под цвет стен. А еще слишком яркая лампа так подсвечивала его голову… В общем, мысли о загробном мире напрашивались как-то сами собой.

– Где мы?

– В Москве, в больничке. Вяземцева, ты это… Давай поспокойнее, без лишних потрясений. А то такими темпами, того и гляди, глаза из орбит повылезают. Да ты, наверное, и не видишь ничего без своих очков. Сейчас, погоди минуту, исправим.

Парень, будто намеренно поигрывая прокачанными мышцами, отвернулся и полез в спортивную сумку. Немного там покопавшись, выудил из бокового кармана мои страшные треснувшие очки и как-то неловко пытался их на меня напялить.

– Да не бойся ты, я не кусаюсь. Только в особых ситуациях… Ну, ты понимаешь, девочка взрослая. И то по обоюдному желанию.

Я, наверное, уже покраснела до кончиков ушей, а этот красавец, моя давняя мечта и личное стихийное бедствие, превратился в одно забавное расплывчатое пятно, продолжая болтать о всяких неприличных вещах. Снимаю очки, надеваю снова, опять снимаю… И с удивлением до меня доходит, что вижу я без них гораздо лучше, а точнее, просто прекрасно.

Да не может такого быть! Неужели я так удачно треснулась головой в самолете во время той тряски в зоне турбулентности, что в моем мозгу, в месте, отвечающем за зрение, что-то перемкнуло? Или причина совсем в другом?

Огромная шишка на затылке все еще болезненно напоминала о себе, но воспоминания о недавнем полете уже выстроились в хронологическом порядке, давая возможность разобраться в произошедшем.

Первым делом вспомнилось, как в аэропорту Рима при регистрации на рейс я столкнулась с нашей командой пловцов из пятнадцати самых популярных в универе парней во главе с бессменным тренером Виталием Емельяновичем Киселевым по прозвищу Киса.

Густые брови как всегда были сурово сдвинуты к переносице, выражая предельную сосредоточенность их обладателя. Бодрый пенсионер не давал спуску не только парням из команды, но и самому себе, за что каждый из ребят беспредельно его уважал.