Светлан Голосеев – гвардеец монгольского императора

И разве не видно вам, кому Аллах помогает? У кого в руках власть над миром? То-то! Имам на хутбе[107 - Хутба – мусульманская молитва, а также речь, проповедь, во время пятничного богослужения] поучает нас, что Аллах запретил пить вино, давать деньги в рост, убивать без закона. Пророк Мухаммед говорил: «Лучший из вас не тот, который ради небесного пренебрегает земным, и не тот, кто ради земного блага поступается небесным, а лучший из вас тот, который берёт и от Неба, и от Земли». Разве не верно?

– Ну, ты дядя завёл волынку! Продался иноверцам и нас туда зовёшь?

– На себя оборотись, отрок, кто из нас продался? Я силою в татарский плен попал, а вы не сами ли на службу напросились? Самое-то важное в вере Магомедовой знаете что? Что каждый рождается чистым и безгрешным и отвечать после смерти будет только за свои собственные грехи.

Учтите это, славяне!

Сю-юн, стройся! Прямо стоять, ровно смотреть! Слушать команду. По одному десятку, начиная с первого раздеваться донага, одежду бросать на землю.

Разделся – бегом в мунча[108 - Мунча – баня (татарское)]. Там греться, скрестись, чтобы чистый становился. Потом выходить с другой стороны, получать новую одежду. Первый десяток, выполнять! Остальным приготовиться.

– Братцы, жарко-то как! И дым глаза ест.

– Чего ж ты хотел, кизяк – не ольха с можжевельником. Дядя, а вода где, чем мыться-то?

– Ха-ха! С водою каждый помоется, а ты без воды сумей. Это ж не русская баня.

– Да ты шутишь что ли? Как без воды?

– А вот грейся подольше, пока потом не изойдёшь, а после вон, скребки в углу, выбирай, какой по нраву, и скреби шкуру-то свою, что есть силы, соскребай грязь.

А потом снова парь, и снова скреби. Ну, что ты на меня вылупился? Татары так испокон веку банятся, не перемёрли, как видишь.

– Вот дикость, братцы! Как в допотопные времена!

– Зато тепло. Ты же сам хотел стать настоящим татарином, привыкай.

– Отстали вы от жизни, коль татар дикими считаете. Видели бы вы в Бездеже их бани – дворцы наших князей что хлев перед ними.

В те бани даже вода сама течёт. А вам, славяне, так и быть, как закончите скрестись, полью на каждого по ковшичку, чтобы от Руси совсем не отвыкли. Подходи, кто желает. И бегом в соседний гер в новую одёжку одеваться.

– А наша-то одежда как?

– Распрощайся. Полежит на морозце неделю, чтобы ваши блохи да вши поистребились, после самым бедным рабам раздадим. Давай-давай, славяне, шевелись, там на улице ещё сколько ваших мёрзнет.