Метро 2035: Черноморье

Руль вырвало из рук, волна протащила мужчину по палубе и приложила сначала об огрызок мачты, затем о невысокий борт измученной яхты. Страховочный трос остался цел, и именно это обстоятельство не позволило несчастному свалиться за борт. Жуткая боль пронзила его тело, и, прежде чем отключиться, он заметил еще одну стремительно надвигающуюся на неуправляемую уже лодку громадную волну, в которой ему почудились серые, вытянутые и лишенные всяких эмоций лица с пустыми глазницами, в беззвучном крике раскрывшие рот. А затем последовал чудовищный удар, еще одна вспышка боли, и сознание капитана растворилось в черноте.

Глава 1

Говорящий с туманом

Легкий бриз никак не мог справиться с туманом, клочья которого облизывали ржавые борта бывшего танкера-газовоза, двадцать с лишним лет назад севшего на мель. Казалось, ядовитый туман потихоньку разъедал покрытое коррозией, тиной и буро-зелеными водорослями железо. Натуралист и не помнил уже дней без этих всепоглощающих, клубящихся серых вихров. Туман стлался низко, солнце не заслонял, лишь в считаные дни, такие, например, как сегодняшний, подбирался совсем близко к поселению, и колонисты давно привыкли, перестали обращать на него внимание.

Внутри давно поселилось ощущение, что он был всегда, а вместе они – единое целое. А может, оно и к лучшему – колония укрыта от лишних любопытных глаз. Хотя не многим придет в голову искать людей посреди Черного моря. Те, кому надо, о Черноморье знали. Чужаки-османы тоже беспокоили, но с их редкими набегами пока успешно справлялись.

Натуралист пригладил торчащую в разные стороны бороду с первыми признаками проклюнувшейся седины. Борода, как обычно, не послушалась и, как сонм упругих пружинок, тут же вновь приняла прежнее положение. Вызывающе одетая и не лишенная привлекательности женщина, вытатуированная на плече здоровяка, похотливо подмигнула, когда Натуралист приложил руку ко лбу, вглядываясь вдаль и силясь что-то разглядеть. Кажется, там кружили чайки. Мужчина поморщился – не любил он этих крикливых птичек, и это еще мягко сказано.

На дух не переносил, ненавидел, руки тряслись от желания рвать их на части. Но нынче сделать это было не так просто, чайка сегодняшняя чайке прежней – рознь.

– Разлетались, твари, – пробурчал он и помахал им кулаком, но на чаек это не произвело ровным счетом никакого впечатления.

Если бы не эти досадные мелочи в виде птичек, тумана и постоянной сырости, то жилось бы, в целом, неплохо. Еда была – в основном морепродукты.