Возмездие. Поэма

Вы, все, кто этих радостей нисколько не чужды,

Продажные солдаты, трибуны и суды,

Епископы без совести и бога,

Здесь, возле Лувра, бродит и бьется нищета,

Горячка, смерть и голод здесь вовсе неспроста,

И это к вашим радостям дорога!

Оборваны жасмины, ромашки у Сен-Клу,

Где фавориток рой резвится поутру,

Всем декольте показывая бойко,

На пиршестве, где люстра горит во сто свечей,

И каждая, смеясь, улыбкою своей

Съедает заживо несчастного ребенка!

Кого волнует это? Их жалоб скорбный ряд,

Но будь то император, то князь или прелат,

Они предпочитают веселиться.

Зато народ в слезах, голодный, грустный, злой,

Он должен быть доволен, услышав смех живой,

Взирая на танцующие лица!

И что ж! Наполни свой карман, сундук.

Тролон, Сибур, Барош! Вина полно вокруг!

Нам не хватало этой сцены!

Рыгайте, господа, когда народ в нужде,

И множьте нищету, она уже везде! – Веселием богемы.

IV

Они шагают по тебе, о, бедный мой народ!

И баррикады гул на штурм не позовет,

Лоб кровью залит твой,

Под колесом безумным, сверкающим в глуши,

Карете разудалой, которая летит,

Ты станешь мостовой!

Для государя деньги; для вас же – голодьба,

Плетешься, как собака, презреннее раба,

С хозяином на двор!

Ему наряд пурпурный; тебе – тряпье от них,

Им красота всех женщин и дочерей твоих,

Тебе же – лишь позор!

V

Ему история, как муза, – кто-то скажет,

И голос кто-то свой повысит и прикажет.

Что ж, смейся, истязатель и балбес!

Когда-то Франция вам отомстит сполна,

О, матерь божия! И зазвучит набат,

Мерзавцев убивающий с небес!

Бандиты эти хуже, чем у древнейших рас,

Сжирающих народ, так просто, без прикрас,

Без жалости и вовсе без пощады,

Без сердца, низкие, двуликие, в дворцах,

Все вторят: Ax, поэт! Витает в облаках!

Пусть так.

    Джерси. 19 января 1853.

X. Император забавляется

Песня

Для тех, кто изгнан и упрям,

Далече Франция, могила близко.

Возглавил князь веселый гам,

В театрах захотелось дам,

В лесах олени живописны,

Рим жжет опять корицу вам,

И вторят короли тебе: «Мой брат!»

Звонит сегодня отходную Нотр-Дам,

А завтра зазвучит набат!

И нравы откровенные тебе милей.