Капитан «Алого клинка»

Мгновение… и волна пронеслась под ними – в каких-то сетах ниже шлюпки. За первым, словно ожившие пики гор, надвигались еще и еще валы – все выше и выше. Спифи и Алекса заворожено смотрели на колоссальное тело Титании. Издали Спифи видел, как первая волна врезалась в Маунт-Фиор. Страшный удар потряс гору до основания, брызги окатили стену и перелетели через нее, обрушившись на кварталы Мокрой стороны, а волна разошлась вокруг горы и пошла дальше. Да… всегда на это страшно смотреть. Хотя скала противостоит прибою уже многие века, каждый удар Титании отдается в душах горожан.

– Что ж… – рассуждал Спифи, успокаиваясь. – Таков уж наш мир.

Он глянул вниз; вода пенилась мутным бурным потоком уже в сотне сетов под ними, неся вырванные с корнем деревья и даже обломки скал, мусор помельче, в том числе какой-то невезучий орнитоптер. Секундой позже мир закрыли плотные, серые, мокрые тучи.

Титания – невообразимый прилив в сто сетов высотой – формирует климат всей планеты Ахилия. Каждые одиннадцать часов огромная масса воды от экватора мчалась на север, уничтожая все на пути, снося холмы и вымывая новые каньоны – Темная луна и ее Светлый брат вместе формирую чудовищные приливные силы.

Волна разливалась на тысячи лиг от болотистой границы моря и суши, над ней окружаться тучи, рождаются ураганы. На одиннадцать влажных часов Меняющиеся земли превращаются в царство сырости, в островки среди мутного океана, а потом вода постепенно уходила, оставляя новый ландшафт и горы морского мусора. Лишь самые прочные скалы выдерживают тысячелетние удары Титании – и на этих вершинах раскинулась цепочка богатых и гордых торговых городов-государств Элинии.

Спифи озабоченно взглянул на циферблаты. Даже если «Темная луна» решит продолжить преследование, в тучах их не найти. Но и им придется идти по приборам. Хорошо, что Герти на совесть экипировала «Лисий хвостик»!

– Думаю, ты можешь убрать язык на место, – заметила Алекса подозрительно нейтральным тоном.

Только сейчас Спифи понял, что кончик его языка со времен погони так и остался увлеченно высунут набок.

Он смутился и фыркнул.

– Так куда летим-то, барышня? – спросил он грубо.

А потом одумался и взглянул на Алексу не без опаски – все же она была волшебницей.

Магия была для Большого человечества достаточно обыденной уже больше тысячелетия – одно из тех открытий, которые человек совершил, покинув родную звездную систему и оказавшись в непривычных для своего вида условиях.