Светлолесье

Хватка разжалась, и я смогла, пошатываясь, встать.

Колхат же упал, но не затих, а принялся ползти.

– Да, кажется, она и вправду отравлена, – прохрипела я.

– Лесёна, я здесь!

Я замотала головой в поисках голоса, но никого не увидела.

– Нет, не там! Внизу!

Под ногами извивалась маленькая ящерица.

– Бери меня и беги!

– Что…

Я точно чересчур ударилась головой.

– Фед, где ты?

Вдруг Колхат издал нечеловеческий вой и, к моему ужасу, начал подниматься, опираясь на локти.

– Подбирай ящерицу! – велел голос Феда.

Я повиновалась. Колхат уже стоял на ногах, у него изо рта текла, заливая бороду, густая, почти черная кровь, но он все же вытащил нож. Похоже, яд для него и вправду был не опасен.

– Беги! – велел истошный голос Феда.

И я бросилась бежать, прижимая к себе ящерицу.

3

Барабаны ночи

Я неслась по улицам Сиирелл. Редкие прохожие останавливались и показывали пальцами, кто-то даже крикнул: «Акудница!»

– Беги в кузницу через переулки! – рявкнул голос Феда.

– Где ты?!

– Здесь налево! Налево! – взвыл наставник. – Срезай через двор за пекарней! Доберись сперва до кузницы, непутевая твоя голова!

– Хотелось бы посмотреть на твою голову!

– Беги!

Я нырнула в темный провал переулка и, поскальзываясь на объедках и нечистотах, последовала совету: побежала к кузнице. «Там тайник, – вспомнила я под грохот собственных шагов. – Сменная одежда и деньги». Эта мысль отрезвила меня, но лай собак, разрывающий тишину переулков, не давал передвигаться незаметно.

– Если посадишь себе на хвост стражу, уже ничто не поможет! Нет, следующий! – Ящерица переползла на плечо, и я побежала быстрее. Голос Феда раздавался всякий раз, когда я пропускала нужный поворот, а иногда нарочно направлял по длинному пути. Приходилось то петлять, то ползти по канавам, то протискиваться в заборные щели. Наконец, когда я почти выбилась из сил, подворотни Сиирелл сжалились и выплюнули меня к кузнице на углу Березового переулка и Портовой дороги.

Но дверь была заперта.

– Арф. Сейчас. Разрешаю, – отрывисто велел голос наставника.

Вокруг сновали люди, и улица гудела десятками наречий: торговцы спешили занять место на базаре, рыбаки вытягивались в полосу у портовых ворот, а городская стража лениво прохаживалась вдоль насыпи. Все как обычно. Сюда еще не докатился переполох в корчме?

– Быс-с-стрей, Лесёна!

Трясущейся рукой я рассекла замо?к на двери одиночной Арф – руной прямой силы.