Светлолесье

Неспокойные волны того и гляди утянут на дно, но и им не сравниться с лютым разбойничьим племенем, орудующим на островах. Как быть?

Минт вскочил на ноги.

– У меня появилась восхитительная идея. Одно жаль: вам она не понравится.

Он обернулся ко мне и сжал губы, превратившиеся в четкую полосу, взгляд снова потяжелел.

– Нам нужно сесть на червенское судно.

Я решила, что ослышалась.

Это безумие.

Фед, похоже, тоже лишился дара речи.

– Поднимайтесь. – Минт втиснул свою ладонь в мою.

Пальцы сомкнулись, опережая шедшую по пятам тошноту. Горло словно сдавило.

– Это же верная гибель, – едва слышно произнесла я. – Фед?

Наставник прожигал глазами наемника, но ничего не предпринимал. Казалось, Фед без слов понял замысел Минта и теперь просчитывал его сам.

– Я думаю, это может сработать.

Корабль червенцев был больше тех, что обычно прибывали в Сиирелл: могучий, четырехмачтовый. Рядом с ним терялись и купеческие лодчонки из Святобории, и торговые, похожие на толстых рыб, двухпалубники из Аскании.

Я как в дурмане шла за Минтом, страх уступил место чувству острой безнадежности.

– Держись у врага на виду, – со смешком, будто отвечая на мои мысли, сказал Минт и потянул меня вслед за собой.

– Как… как, чудь тебя раздери, ты себе это представляешь? – наконец выдавила я.

– Тебе ничего не придется делать: просто молчи! – Минт все сильней распалялся, в карих глазах затеяли пляску озорные огни.

– Давай попробуем найти другое судно? – Я освободила руку.

Остановилась. Наверное, это был порыв малодушия или, наоборот, здравомыслия, но воин ему не внял. Он обернулся, вместо ответа поправил на мне очелье и с шальной ухмылочкой пошел к червенцам.

– Иди, – коротко сказал Фед, и я сдалась.

На судне красовалась многообещающая резная надпись: «Стрела веры». Трюм зиял провалами черных окон, но ни весел, ни гребцов не наблюдалось, хотя слух тревожило мужское многоголосье. Команда, судя по крикам, готовилась к отплытию.

Перекинутую лестницу охраняли в два ряда – в две красные стены – здоровенные червенцы, по сравнению с которыми даже Орт и Эрт казались детьми.

Все мои силы уходили на одно-единственное – идти ровно. Так мы и подошли к причалу: я на негнущихся ногах, Минт – уверенным прыгучим шагом.

– Кто вы? Назовитесь, – велел чернобородый жрец в кольчуге.

– Куда плывет этот корабль? – огорошил его – да и меня – своей наглостью Минт.