Светлолесье

Я дернулась и ударилась о стол коленом. Чудь тебя подери! Это не похоже на кротость!

– Не по нраву яства? – мягко спросил Драург.

Перебрав в голове все известные мне охранительные заклятья, я перевела дух и наконец посмотрела на наместника. Никаких рук возле него и в помине не было.

«Да что со мной такое творится?» – в отчаянии подумала я, но в тот же миг оберег потяжелел, словно намекая, что мне не привиделось.

– Благодарю, – ответила я. – Я привыкла к простой пище.

Драург приступил к еде, подав для нас тем самым знак.

Царевна встрепенулась и взяла нож. Я же была настолько встревожена, что живот просто-напросто скрутило в узел. Чтобы занять себя, я приподняла сетку и поднесла к губам холодную кружку. Но едва рот наполнился кисло-сладкой жидкостью, наместник спросил:

– Что с рукой?

Он заметил порез от заговор-клинка! Во рту вместо вкуса киселя из шиповника появилась горечь. Я поставила кружку, оттягивая ответ.

– Упала.

– Бывает, – согласился Драург.

 – Тебе повезло оказаться на одном судне с верховной жрицей. Она превосходная лекарка.

Верховная жрица, все это время стоявшая у двери, хмыкнула.

– Рана несерьезная, – поспешно сказала я и одернула рукав. – И почти зажила.

– Так это из-за раны ты так поспешно покинула Сиирелл? – Новый вопрос червенца застал меня врасплох, и я, не сдержавшись, встретилась с ним взглядом.

Во второй раз я уже была немного готова к притягивающей силе серого ока, и мой голос не дрогнул, когда я сказала:

– Никто из нас не в безопасности, пока мы ведем войну с колдунами.

Драург облокотился на стол, отчего его острые плечи поднялись резкими буграми.

Наместник походил на ворона…

Алого ворона, в чей клюв угодили не только колдуны.

«Молчи!» – наставление Феда вторило тяжести оберега. Я оглянулась. Губы старшей мунисы превратились в ниточку. Одна только царевна продолжала увлеченно кромсать мясо в тарелке. На мгновение челюсти царевны замерли, а Драург перевел взгляд с меня на кубок в своей руке.

– Сестра моя, ты так молода, но я чувствую за твоими плечами долгий путь. Но это путь к ожесточению. – Наместник покачал головой. – Нам следует быть более сострадательными, ведь колдуны такие же люди, как и мы. У каждого есть дар от Единого, и они когда-то были избраны плести связи между нашим миром и миром божественным.

Должно быть, мое изумление заметили со стороны.