Сувенир для фрау Моники и побег за любовью

Но это было там – далеко, дома, да и времени с тех пор прошло уже порядком.

Так что же случилась? Почему он вполне успешный, молодой, симпатичный и неглупый парень, в которого влюбилась, вопреки всему, даже немка, оказался здесь, в центре Германии в дачном домике, загнанный, как зверь и подошедший к своей последней черте?

Но чтобы понять это, надо вернуться немного назад, хотя бы к тому времени, когда Иван, отучившись год в машиностроительном техникуме в Донбассе, получил повестку о призыве в армию.

Он приехал домой в поселок при шахте, где и состоялись его проводы на службу.

Соседка Тамара, с которой он учился в школе и питавшая к нему симпатии, в прощальный вечер позволила не только целовать себя, трогать груди, но и большее…

Устроившись в кладовой на мешках с картошкой, они так увлеклись, что и не заметили, как в самый ответственный момент, горка из мешков стала расползаться, а затем и совсем разъехалась, и парочка оказались на полу.

Тамара опомнилась, подхватила трусы, и стала держаться за них уже двумя руками.

Но возня продолжилась, однако финал был не таким, как хотелось и мечталось Ивану. Да и во дворе уже стали кричать:

– Иван, ты где?! Выходи! В военкомат надо ехать!

И услышав это, Тамара, наконец, обмякла, отпустила трусы и заплакала…

– Ты чего, – тихо спросил он, – ничего же не было.

– А я хотела, чтобы было, но не смогла…

А затем был курс молодого бойца в одном из гарнизонов Кабардино-Балкарии и в конце ноября 1966 года дальняя дорога в Германию.

Ехали через Украину, Закарпатье и Польшу – первую страну за границей Союза. А встречали их здесь паны в кургузых куртках и просторных серых штанах, да белокурые полячки на перронах городков. А еще и чумовые туалеты, сделанные специально для солдат, пересекающих Польшу.

В сторонке от населенных пунктов, а чаще всего в поле, в полсотни метров от железной дороги, над внушительной ямой глубиной в два метра, поляки сооружали треугольник из жердей высотой метра в полтора. А чтобы справить нужду, надо было взобраться на этот треугольник и просунуть задницу между жердей…

Солдатики укатывались со смеху, первый раз увидев такое сооружение, но потом привыкли, да и деваться некуда – взбирались и рассаживались на жердях, как куры на насесте.

Но и такая остановка «по нужде» была короткой, и снова дробный перестук колес наполнял вагоны-теплушки с печками буржуйками, в которые и пересадили солдат на границе с Польшей.

…И вот эшелон, наконец, въезжает в Германию.