Новые рассказы о прошлом

Возможно, что уже никогда не появится такой возможности побывать в Германии.

Я внимательно слушал его, переживая, но про себя рассуждал: «Наивный же ты человек, Володя, если думаешь, что я был тогда совсем бестолковым юнцом и не мог разобраться в твоих жизненных неудачах. Просто, я был не назойлив и не любопытен, но глупым не был».

Давно это уже было. Владимир дал телеграмму из Москвы. Вся наша семья была в недоумении, почему он возвращается домой в начале лета, если его контракт на сверхсрочную службу в Армии заканчивался глубокой осенью.

Но это было не так важно, главное, что все мы вскоре встретимся с ним после длительной разлуки. Встречать его поехали всей семьей.

Поезд подходил, визжа тормозами, глухо хлопали металлические подножки, двери вагонов открывались. Поезд остановился, поток людей, выходящих из вагонов, смешавшись с толпой встречающих, быстро исчезал с платформы, лишь одни мы в недоумении продолжали стоять, разглядывая пустой поезд. Не хотелось верить, что Владимир не приехал.

Неужели, что-то случилось? Мать достала телеграмму и, сквозь очки, внимательно рассматривала дату отправления поезда из Москвы в строках телеграммы. Все было правильно. Он должен был приехать, но его не было.

Из вагона, стоявшего чуть поодаль от нас, молодой человек в яркой тенниске неторопливо выносил из вагона громоздкие чемоданы. Казалось, что его багажу не будет конца. Он вынес очередной чемодан и снова направился в вагон, на секунду задержавшись и глянув на нас.

Черные очки служили ему маской, из-за них трудно было разглядеть его лицо. Молодой человек, не выдержал и заулыбался, у него во рту сверкнул золотой зуб.

– Вова! – вырвалось у меня. Все оглянулись, затем перевели свой взгляд на человека у вагона. Тот заулыбался еще шире и, раскинув руки, словно хотел обнять сразу всех, подходил к нам. Мать стояла в сторонке и плакала. Освободившись от нас, Володя, предварительно отыскав взглядом седую голову матери, подошел к ней, обнял, и они долго так стояли.

Дома было устроено большое торжество, слишком уж долго Владимира не было дома. В последние годы никто из нашей родни так далеко не уезжал и так надолго не покидал наш родительский дом. Служил он на территории Германии, разговоры о которой в нашей семье начались с тех пор, как он, окончив «Учебку», попал туда служить.

Родители были горды за сына, был бы плох в чем-то, туда бы не направили служить.