Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

Наконец, я увидел деревья, лежал я ногами вперед, кстати, дурная примета. Остановились через несколько минут, деревья уже были повсюду. Вокруг шли негромкие разговоры, судя по скрипам, телега была не одна.

– Ну-с, давайте, наконец, осмотримся, молодой человек, – появился вновь военврач. Дядька надел очки, смешные такие, круглые, с толстыми стеклами, и склонился надо мной. Надо ли говорить, что было больно. Сестричка помогала доктору, поддерживая меня, а тот разматывал бинты, ладно хоть водой поливал.

– Куда меня, товарищ доктор?

– Военврач третьего ранга! – строго заметил врач.

– Виноват, товарищ военврач третьего ранга. Красноармеец Морозов…

– Да не нужно представляться, не в строю. Тем более, я знаю, кто ты. Валя тебя с того света вытянула, – наклонившись ко мне, доктор добавил на ухо: – Влюбилась девчонка, дуреха!

– Ч-чего? – ошалело взглянул я на врача. Господи, о чем он говорит, какая любовь? Хотя это многое объясняет, но…

– Вот тебе и чего! Выхаживала тебя все дни, на себе таскала, мыла, обихаживала.

Сама не спит, за тобой смотрит, как бы не умер. Вот и воскрес ты, надо же, что любовь девичья творит! Попробуй только обидеть ее, я тебя лично пристрелю!

Ни хрена себе угрозы! Меня девчонка полюбила. А за что? Как это? Так же не бывает.

– В груди у тебя дыра. Выходное отверстие, точнее. Винтарь, похоже. Автомат-то у немчуры слабенький, навылет бы не пробил. В спине входное, возможно, ребра сломаны, раз дышать тяжело, но кровотечения внутреннего нет, уже бы помер.

Когда танк взорвал, от него и мост занялся. Нам ведь его не подорвать было, провода перебило минами. Правильно она тебе сказала, если бы не остановил гада, всем бы хана, там уже и пехтуры немецкой до черта было. Мост рванул, тебя осколками посекло, пока в воду летел. Сам я не видел, как раз начштаба штопал, но бойцы говорили, что красиво летел, – усмехнулся доктор, а мне и самому захотелось посмеяться. Да вот только не смог. Пытаясь улыбнуться, почуял боль в груди, и лицо, наверное, перекосило, так как врач даже отпрянул.

– Заражения вроде нет. Вчера смотрел, на левой ноге мне рана не понравилась, но сегодня вижу, что все хорошо будет, не зря я ее вчера еще раз чистил. Хорошо, что в отключке был, у меня ведь нет для тебя морфия, вряд ли бы смог терпеть. Сейчас командир подойдет, поговорить он хотел.

Минут двадцать никого не было, только Валентина вернулась. Покормила меня немного, бульоном каким-то. Скорее даже, напоила, чего там, одна вода.