Ночь в моей голове

Все они, заметив, что озеро просыпается, радостно заметались вокруг него, не веря своим глазам.

Я подошел ближе и, не удержавшись, потрогал воду. Она была тёплой, как горячий шоколад, слегка остывший на морозе, но всё еще согревающий внутри.

Я замер, наблюдая, как гладь начала медленно бурлить.

– Как тебя зовут, мальчик? – я вдруг услышал глубокий, но спокойный и уверенный тембр голоса. Я отошёл назад. – Не бойся, я тот, кого ты только что разбудил.

– Морской дух?

– Да, обычно меня зовут именно так. И я благодарен тебе, мальчик, за мою вновь обретённую свободу.

– Я же ничего особенного не сделал.

– Ты чист душой и сердцем и мог загадать любое желание. Но ты выбрал познакомиться со мной, этого хватило, чтобы я проснулся и вновь ощутил потерянную свободу, – морской дух замолчал на мгновение. – Так как тебя зовут, мальчик?

– Лилиан, Лилиан Дрим. А у тебя есть имя, морской дух?

– Есть, но оно такое древнее, что я его уже и не помню.

– Как жаль. А почему ты морской, если живёшь в озере?

– Когда-то давным-давно, ещё далеко до начала Великой войны, здесь было море, которое решило уйти.

И оно ушло, а я остался, забрав себе его небольшой кусочек. Сначала я чувствовал одиночество и грусть, ведь все мои друзья покинули меня. Но потом я нашёл новых друзей, ничего не требующих и не желающих получить от меня. И опять стал счастливым, – ответил мне голос.

– Я искренне рад за тебя, морской дух, что ты смог найти себе новый дом.

– И у тебя получится, Лилиан, не сомневайся.

– Я надеюсь, что ты окажешься прав!

– Лилиан, ты уже загадал своё желание, и я больше не смогу исполнить другое.

Но я могу постараться выполнить твою просьбу, если это будет в моих силах. Чего бы ты хотел?

– Чего бы хотел? – я задумался, сначала я думал загадать желание, чтобы увидеть все существующие в мире цвета. Дело в том, что я родился не такой, как все, с одной особенностью, которую всегда хотел изменить.

– Особенные люди способны делать особенные вещи, – проговорил морской дух.

– Возможно, ты прав, но я всегда хотел стать как все, как все видеть… – я замолчал. Слова «помоги мне видеть все цвета» не произносились. Они застряли и никак не хотели вырываться наружу. Тогда я понял, что моим самым заветным и самым потаенным желанием было не это. Безусловно, я очень сильно хотел жить в цветном мире, но я не мог произнести этого. Мне мешало моё спрятанное глубоко ото всех желание. Единственное, чего мне хотелось в тот момент, – это увидеть маму.