Наследство с характером

Кирюха, ведомый любопытством, тут же поскакал на второй этаж, где под слоем пыли раздобыл настоящие рыцарские доспехи и принялся ими громыхать.

– Ходите осторожнее! Дом крепкий, но полы местами могли прогнить, – предостерегал папа, передвигаясь от стены к стене с аккуратностью ниндзя. У него вообще особый пунктик на безопасности, но это отдельная история.

В итоге, осмотрев особняк, родители посовещались и приняли решение выставить его на продажу. Мне же после долгих уговоров на досмотр старинной рухляди, которая могла иметь хоть какую-то ценность, дали всего неделю, после чего здесь появится оценщик и дом уйдет с молотка.

К моему великому сожалению, выделенные мне семь дней уже подходили к концу. За это время с особой тщательностью я успела разобрать весь первый этаж, отложить десяток подсвечников и полотен неизвестных художников, механическую шкатулку с балериной восемнадцатого века и обнаружить сверток любовных писем, спрятанных за внешней стенкой камина. Даже это я считала победой, хоть и рассчитывала найти что-то более интересное на втором этаже, к разбору которого только приступала.

Звонок от мамы не заставил себя ждать. Наша бизнес-леди всегда держала руку на пульсе, не ослабляя родительский контроль ни за мной, ни за Киром. То, что нам обоим перевалило за двадцать и мы живем вполне самостоятельно, ее не останавливало.

– Катюша, привет!

– Привет, мам.

– Ну, рассказывай, как там у вас дела? Удалось найти что-то ценное для семейного архива: графские украшения, письма, ордена?

Мама в своем репертуаре, все разговоры исключительно о деле.

Тяжело вздохнув, смахнула рукавом рубашки прилипшую ко лбу паутину и закатила глаза к облупившемуся потолку. В его центре красовалась старинная люстра с многочисленными завитками и свисающими с них хрусталиками. Даже в таком неприглядном виде они приятно поигрывали в редких лучах солнца, проникавших сквозь пыльные окна, создавая на стенах волшебные радужные блики.

«Если ее отмыть, будет очень даже симпатично. Правда, в моей скромной однушке с невысокими потолками эта люстра заняла бы полквартиры», – мелькнула идиотская мысль, пока моя родительница продолжала монотонно вещать что-то в трубку и давать бесконечные инструкции.

– Я все поняла, мам. Как найду что-то ценное, уверяю, ты будешь первая, кто об этом узнает.

– Ты ж моя умничка! Я тут навела справки, эта ваша родственница, Мария Григорьевна Разумовская, была та еще штучка. Завистники даже называли ее ведьмой, а этот дом проклятым.