Охота на дракона

О каком разговоре вообще могла идти речь? Хозяин таверны просто попытался ее продать, наверняка еще и с гостя деньги стряс.

Где-то за спиной с грохотом рухнула лавка, и воцарилась звенящая тишина, но не для Иды. В ушах от гнева гулко стучала кровь, а внутри все горело огнем. Да как он посмел! Она ему не какая-то продажная девка.

Посетители спешно расступались с ее пути, когда Ида неслась к дверям. Вышибала сомневался, а не остановить ли ее, но, встретившись с пылающим взглядом, не решился загородить ей путь, выпуская во двор.

Ида тут же вылетела на тракт и твердым шагом направилась на север в сторону следующей деревни. Если не в этой, так в другой она заработает свои деньги. Убранство дома само себя не купит.

Спустя какое-то время первая волна гнева схлынула, и Ида смогла взглянуть на ситуацию под новым углом. Возможно, граф был не виноват, она ведь не знала, о чем он разговаривал с хозяином таверны. Возможно, она погорячилась, предположив худшее.

Так или иначе, возвращаться было глупо, тем более что она прошла уже немалое расстояние. Так что Ида уверенно продолжила путь вперед.

Солнце давно село за горизонт, в воздухе стояла легкая ночная прохлада. Над головой перемигивались звезды. В лесах у подножия недалеких гор мелодично выли волки. Сверчки, спрятавшиеся в траве по обочинам, оглушали окрестности стрекотом.

Свежий ветерок скользнул по щеке, растрепав волосы. Ида отбросила пряди за спину и заодно поправила лямку лиры на плече.

Точнее, попыталась.

Гнев и разочарование вскипели в крови, и Ида подняла голову к далеким звездам. Из груди вырвался разраженный рев, сдержать который было выше ее сил.

Волчья песнь мгновенно стихла, как и стрекот сверчков. Воцарилась звенящая тишина, нарушаемая только ее шагами, шуршащими по пыльной дороге.

Ида только сейчас поняла, что забыла лиру в таверне на столе этого наглого графа. Теперь придется тратиться на новую.

Вот только где купить нормальный музыкальный инструмент в этом захолустье? И ладно, если бы дело было только в покупке нового.

Эта лира была ее любимой и хранила в себе так много воспоминаний. Отец подарил инструмент матери в день, когда она родила ему долгожданную дочь. Ида не знала своего отца – он умер, когда ей было всего два года. Мать была убита пять лет спустя, и эта лира стала единственным, что осталось от родителей.