Трудный сезон (рассказ геолога)

Трудный сезон (рассказ геолога)

Виктор Музис

Это рассказ о работе геолога в Заполярной Якутии на участке правобережья реки Оленек. О тех трудностях, с которыми ему пришлось столкнуться – частые поломки техники, сложности в общении с некоторыми сотрудниками, наступившими зимними морозами…

САМЫЙ ТРУДНЫЙ СЕЗОН

1. ВЕСНОВКА

Я уже несколько лет работал отдельным отрядом. Но, работая на вездеходе или сплавляясь на резиновых лодках 500-тках, мой отряд всегда был относительно небольшим – два или три человека.

И мне, конечно, захотелось попробовать поруководить большим отрядом. И такой случай подвернулся. Мне поручили закончить работы на участке правого склона реки Оленек, где были выявлены несколько небольших кимберлитовых тел. В «наследство» мне передавалась лодка-дюралька с мотором «Вихрь», вездеход ГАЗ-71 и тяжелый буровой станок, наглухо закрепленный на мощном дизельном гусеничном тракторе. При передвижении на расстояния станок мог откидываться на крышу трактора и закреплялся в таком состоянии.

Кроме бурового, в состав отряда входил наземный отряд по магнитной съемке. Всего 16 человек.

2.ЛЕША ШИШКОВ

ИТРов было трое. Я, геофизик Добриян Валера и техник Леша Шишков – веселый, жизнерадостный паренек, балагур и хороший рассказчик – наш «сказочник»: он говорил, что служил в специальных пограничных войсках на советско-китайской границе и был даже награжден орденом. Но, на просьбу показать его, ссылался на то, что награждение секретное и хранится орден в военкомате.

У него был хороший голос и, вставая утром и идя на речку или в столовую, красиво и громко запевал – «Ой, да не вечер, да не вечёр…". Как-то, на подбазовом лагере, я заметил, как он учил Ларису Голоту метать нож – может, и правда, что-то умел.

К его рассказам я относился как к байкам, но не было у меня ни веры, ни неверия – рассказывает, ну и хорошо, лишь бы складно было. Правда, был эпизод, поразивший меня: в середине сезона мне прислали нового вездеходчика, из «сидевших», и вечером он «накрыл поляну» по случаю своего Дня рождения.

Почувствовав, что рабочие наверняка замутили брагу, (я не мог контролировать повара в расходовании дрожжей, как это делал Мингазов, но за дисциплиной следил), я попросил Леху пойти со мной и как бы «держать тыл». Он надел бушлат, подпоясался офицерским ремнем, подвесив на него нож-кинжал, и мы пошли. Я впереди, он сзади. Подойдя к палатке я откинул ее полу и вошел. Леха сзади.