Воспоминания таежника

Ручей был высохший, весь в глыбовых развалах, и я побоялся пересекать его.

– Проехай ручей сам, – попросил я вездеходчика.

– Давай, давай сам, – ответил он.

– Я боюсь, – говорю я.

– Давай, давай, вперед! – усмехнулся он.

Я тронул вездеход вперед, но подъехав к валунам, я со страху инстинктивно закрыл глаза. И чувствую, вездеход мягко движется вперед и ни что его не корежит. Открыл глаза – а мы уже на другой стороне ручья. Я очень удивился!

Вспомнив этот случай, я спросил у вездеходчика:

– А мы можем двигаться отсоединив сломанный цилиндр?

– Нет.

нельзя, – почему-то сказал он.

А я в технике ничего не понимал, так что доверился его опыту.

Мы подвели потихоньку вездеход к склону и выключили двигатель. Поставили на пригорке палатку, разместились и, поужинав, легли спать.

На утро, связавшись по рации с базой, сообщив о случившемся, предложил вывезти нас в Оленек, чтобы можно было на ГТТ выехать на место аварии, взять 71-й на буксир и дотащить его до Оленька.

На том и порешили.

Но с вертолетом, как всегда, были какие-то проблемы и нам пришлось прождать его несколько дней. Пестряков Саша (завбазы) прилетел даже на АН-2, посмотреть, нельзя ли сесть где-нибудь поблизости, но такого места не нашлось. А может быть лед для самолета был недостаточно крепок. Да и реки могли уже потихоньку вскрываться. В этом отношении меня тревожило то, что авария случилась прямо напротив устья крупного левого притока реки.

А такие места вскрываются в первую очередь.

Пестряков, на всякий случай, скинул нам в брезентовом пробном мешочке несколько банок тушенки и три булки хлеба и самолет, качнув крыльями, улетел. За продукты я не беспокоился, я взял их с запасом.

Чтобы чем-то занять себя, я сходил на небольшое озерко поблизости. На нем оказалось несколько небольших ондатровых «домика» из мха, закрытых снегом. Видимо, здесь обитал лишь один выводок. Хатки оказались жилыми, то есть действующими – ондатра постоянно проветривает их, вылезая и вновь ныряя, чтобы лунки не замерзли и не затянулись льдом.

Я убедился в этом, аккуратно вскрыв их. Лишь одна оказалась с замёрзшей лункой – я обнаружил это, срубив топориком верхушку домика и снеся, ненароком, голову замёрзшей ондатре.

Я пожалел, что не взял с собой капканы, мои ящики с полевыми запасами – сетями, патронами, капканами, спецодеждой, – были на подбазе на реке ниже поселка.