А я еду за туманом и за запахом тайги. Рассказы геолога

Но жилья остро не хватало и позднее построили еще две бревенчатые избушки для начальника экспедиции и женщин бухгалтерии.

Мы же на ночь старались устроиться где придется. Это было проблемой и только одной осенью нас всех скопом разместили в строящейся новой избе магазина.

Антенны радиолинейной связи

На сопке располагалась небольшая воинская часть радиосвязи с большими квадратными бело-красными антеннами.

БМК – буксирный малый катер

Дорога осенью домой была так же неприятна, как и весенняя из Москвы.

МИ-4

Теперь обратно – до Средне-Колымска на вертолете МИ-4 или БМК.

До Зырянки на АН-2.

До Якутска на ИЛ-14.

Ну а в Якутске опять та же морока, только погода была уже даже не осенняя, а скорее предзимняя, холодная.

Вылететь старались на любом проходящем рейсе – через Иркутск, Новосибирск, Красноярск, Свердловск… Лишь бы вылететь!

ИЛ-14

Меня так раздражали эти ночевки в Якутске, что я придумал все-таки, как облегчить свою участь.

Наученный горьким опытом этих ночевок, я стал брать с собой надувной резиновый матрас. Днем его можно было зафиксировать в положении «сидя», на ночь – «лежа».

ТУ-104

Москва встречала меня обычно сентябрьскими каплями дождя, стекающими по стеклу иллюминатора ИЛ-18 или ТУ-104 в аэропорту Домодедово.

= = = = = = = = = = = = = = =

КОЛЫМА. МОИ СЕЗОНЫ

ВСТУПЛЕНИЕ

Поступив на вечернее отделение геологического факультета МГУ и будучи стараниями моего отца принятым в Аэрогеологическую экспедицию ВАГТа, я провел свой первый полевой сезон в Забайкалье в бассейне реки Чара – ее притоков Апсат и Сакукан.

В геолого-съемочной партии научился мыть шлихи деревянным лотком, ходить в маршруты с радиометром, ставить палатки, владеть двуручной пилой Дружба-2 и топором, и даже ездить верхом на олене…

Но, к следующему сезону нашей экспедиции поручили вести геолого-съемочные работы еще и в бассейне реки Колымы и экспедиция разделилась на две части: Забайкальскую №2 и Колымскую №8.

Меня определили в Колымскую в тематическую партию Шульгиной В. С.

Дело в том, что большая часть района работ была задернована, особенно ее левобережье – так называемой Колымской низменности, и Шульгиной было поручено изучение разрезов и составление стратиграфической колонки для съемочных партий.

Правобережье же Колымы было горной частью.