А я еду за туманом и за запахом тайги. Рассказы геолога

Набирая рабочих, среди которых часто были студенты различных вузов, я сходился и с ними, и затем, когда они защитили дипломы и поступили на работу, встречался с ними или переписывался.

После защиты диплома в МГУ, я был призван на год в Армию. Сначала полгода проучился в г. Кулябе в учебке ПВО, где готовили призывников для службы в ракетных войсках «Земля-Воздух», затем в боевой части, из которой на два месяца был командирован на курсы офицеров. В дивизионе получил звание младшего сержанта, а по демобилизации, уже в Москве получил офицерское звание лейтенант.

Но вот, меня перевели в партию, собирающуюся проводить работы на Сибирской платформе. Там уже работали две партии – Сибирцева Ю. М. и Шахотько, базирующиеся в поселках Жиганск на реке Лене и Оленек на одноименной реке.

В НОВОМ КОЛЛЕКТИВЕ

Начальником партии был Осташкин И. М. В составе партии были три старших геолога (женщины) и техник. В поле они выезжали, кто по состоянию здоровья, кто был предпенсионного возраста, а для намечающихся работ начальнику требовался, как я понял, молодой шустрый сотрудник, которому можно было поручить предусмотренные проектом командировки и самостоятельные работы на выделенных участках.

Молодых сотрудников в партии не было, но я сдружился с техником, человеком пожилым добродушным и веселым. Мы сидели с ним в одной комнате, вместе ходили по магазинам, занимали очередь друг для друга за маслом, колбасой или молоком.

ПРЕДСТОЯЩИЕ ЗАДАНИЯ

Ко времени моего перехода в новую партию, они уже отработали год в камеральном режиме (без выезда в поле).

Одним из задумок Осташкина было составление альбомов с признаками, по которым можно определить дешифрируемость кимберлитовых тел на АФС. Был подготовлен один альбом с несколькими прекрасно дешифрирующимися кимберлитовыми трубками в южном районе Якутии: Айхал, Удачная, Овал и другими.

Но Осташкин хотел собрать материал по всем выявленным на сегодняшний день кимберлитовым телам.

А их уже было известно около 360 и выделены они были несколькими узлами этих проявлений, так называемыми полями. Для этого предусматривались мои весенние командировки в Нюрбу, с последующим вылетом к месту полевых работ.

В Нюрбе я должен был опросить местных геологов о расположении выявленных кимберлитовых тел на АФС, нанести их на эти снимки и, скопировав, отправить спецпочтой в Москву на адрес экспедиции.