Земля последней надежды – 2. Время рыжего петуха. Всеслав Чародей 2.2

Поклонился, снова прося прощения.

Ока гордо задрал голову, не удостоив Мураша даже и взглядом, (сейчас он уже не помнил, как сам ругал сына за то, что тот хочет жениться на язычнице!) хлестнул коня кнутом. Розвальни сорвались с места, конь вспахал сугроб крутой грудью в расписной сбруе и вынес сани на дорогу.

Мураш несколько мгновений смотрел им вслед. Нехорошо уехали сваты, не было бы беды какой. Но постепенно возмущённая гордость взяла в нём верх над досадой и опаской.

Его род ничуть не ниже рода нарочского Оки! А предок Мурашов в здешних лесах даже раньше поселился! Так чего же тот Ока чванится – ишь даже слова сказать на прощанье не возжелал! Эка невидаль – девка отказала!

Лёгкая, почти невесомая рука легла на плечо Мураша.

Не оборачиваясь, он угадал Гордяну. Дочь подошла вплоть, уткнулась носом в плечо отцу.

– Да… заварила ты кашу, дочка…

– Прости, батюшка, – в голосе девушки звенели слёзы. – Не могла я иначе.

3. Кривская земля. Озеро Нарочь. Сбегова весь. Зима 1066 года, просинец

Волчьи следы выныривали из ближнего ельника, пересекали небольшую поляну и скрывались за кустами черёмухи.

Невзор остановился около них, припал на колено и вгляделся. Что-то ему в этих следах не нравилось. Понять бы ещё – что именно.

Из-под ближнего куста вынырнул Серый, перемахнул гребень сугроба и оказался рядом, взбив снег. Весело фыркнул от попавшего в нос снега, дурашливо покосился на хозяина.

– Не до игры, Серый, – пробормотал Невзор, по-прежнему разглядывая следы. Что ж в них не так? Взаболь захотелось понять.

До того, захотелось, что мальчишка забыл, зачем он, собственно, в лесу находится, чего не на месте, в войском доме.

Пёс подбежал вплоть и тоже принялся обнюхивать следы. В горле у него родилось сдержанно клокочущее рычание, шерсть на загривке чуть приподнялась. Невзор положил руку ему на шею:

– Тихо, Серый, тихо… нам сейчас не до них.

Взгляд его случайно упал на следы пса.

Ага.

Волчьи следы резко отличались. Не формой, нет – это и дураку понятно, что волчьи следы от псиных отличаются.

Тут отличие было в другом. Следы Серого тонули в пухлом, третьего дня только выпавшем снегу. Волчья же тропа была утоптана так, словно волки ходили по ней строем каждый день.

Невзор усмехнулся, потом, вспомнив предание, шедшее из материнского рода, будто бы основателем рода был волк-оборотень, протянул к следу руку. Не будь этого предания – поопасился бы, мало ли… волк – зверь не простой, да и следы не больно простые.