Каменный престол. Всеслав Чародей – 4

Нет, не пойдёт он на Плесков, зубы ломать о сильнейшую твердыню кривских земель. Ярослав только того и ждёт. Прости, друже Судислав, не могу я бросить в жертву Полоцк и всю кривскую землю.

Князь дожевал кусок хлеба, допил из чаши квас и разрешающе кивнул сыну, который весь извертелся на месте – спрашивай, мол.

– Кто он? – немедленно спросил Всеслав.

– А ты не понял? – недоумевающее поднял брови князь. Борода его шевельнулась в насмешливой улыбке. Улыбку эту Всеслав ненавидел – она означала, что княжич совершил какую-то глупость.

– Нууу… он – гридень…

– Так.

– Черниговский, – уже увереннее добавил Мстислав. – Он Мстиславу Владимиричу служил?

– Служил. И на касогов ходил с ним, и к Железным воротам, и на Листвене бился.

– А что с его князем? – Всеслав вдруг побледнел, теперь уже полностью поняв, о чём говорили отец и гридень. – Его… отравили?

– Кто знает, сыне, – опять помрачнел Брячислав. – Брень в этом уверен, а вот я – нет.

Он же сам говорит – ни видока, ни следа, ни послуха… Да даже если и отравили – совсем не обязательно Ярославичи. Может и шемаханцы, он им изрядно досадил.

– Выговор у него какой-то… странный.

– Так он с Тьмуторокани, русин, – усмехнулся князь. – Тут на севере такого выговора и впрямь почти не услышишь, разве что в Ротале – мало тех русинов осталось, все ословенились за два-то века. А вот там, в Тьмуторокани, на Лукоморье – пока ещё есть. Они изначально не нашего, не словенского роду были, русины-то… но это давно было.

Очень давно. Теперь, почитай, словене все.

– А чего он хочет?

– А он на службу к нам проситься пришёл. Другие гридни черниговские все разом к Ярославу Владимиричу подались, а он вот – к нам.

– Примем?

– Примем, сыне, как не принять. Остальные гридни выбрали сильного – Ярослава. А он нас выбрал, слабых. Стало быть, точно душой выбирал, а не из корысти. И служить будет верно. И людей с ним – с сотню.

Дружине прибыль.

– В гридни?

– В гридни, – кивнул Брячислав.

2. Кривская земля. Окрестности Полоцка. Лето 1040 года, червень

Всеслав крался по лесу, осторожно раздвигая кусты, стараясь это сделать так, чтобы ветки колыхались как можно незаметнее. Хотя, сказать по правде, сделать это было чрезвычайно трудно.

Тропинку пересекла цепочка звериных следов – Всеслав остановился, опустился на колено, разглядывая след.