Плацдарм в захолустье

То, что узнал он теперь, осмыслению пока не поддавалось.

Если исходить из известного ему теперь, Космос складывался из неведомого множества сфер, и в них давно уже, не обращая внимания на законы гармонии, разрывали пространственные связи и властительницы, и обитатели уже исчезнувшего Раджинга, и пришедшие невесть откуда стражи. А это значит, делал вывод Паркис, что их цивилизация либо значительно от всех отстаёт, либо… Либо опережает. И последний вывод настраивал его на оптимистичную гордость. Каналы, по которым можно путешествовать в сферах и между ними, не нарушая тканей пространства, думал он, должны быть.

И тот, кто обретёт знание о них, сможет стать полноправным обитателем Вселенной. От одной этой мысли он чувствовал прилив надежды. Ибо тогда они смогут из любой точки Космоса вернуться на Хрис.

Он представлял это как движение в пневматической трубке: вход и выход. И мгновение на перемещение…

Не обращая внимания на озабоченную разгадкой шифра Элису, он мучительно старался догадаться, как могут связываться каналы, а главное, где могут находиться эти входы и выходы и как их находить…

Они вдвоём проводили в навигаторской дни и ночи, забыв об остальных, а Красис, фактически взявший на себя функции командира, в одиночестве не мог противостоять эпидемии, вдруг охватившей остальных.

Страсти прелюбодеяния. Культу поклонения похоти.

Однажды утром все стены исчезли – кто-то отключил тумблеры, и он удивился, увидев рядом с Рантисом не Катису, а Лакису. Жена Рантиса досматривала сны в объятиях Зантиса.

Крутобёдрая Затиса лежала между Ракасом и Макасом. Он повернулся к Машисе, чьё тепло ощущал всю ночь, и замер: рядом, доверчиво раскинувшись, лежала нагая Валиса, а Машиса обнимала её с другой стороны.

Он вспомнил, что когда в темноте вошёл за свои стены, Машиса была неожиданно настойчива и ему несколько раз пришлось заниматься любовью. И она была такая разная…

Он ещё раз взглянул на лежащих рядом женщин, потряс головой: на глиссере нет никакого дурмана, разве что он вчера устал…

Он спустился к воде и неловко, стараясь не шуметь, спрыгнул в бассейн.

Немножко поплавал, поднялся, накинул тунику. Тронул за плечо Машису и глядящую на него непонимающими глазами, но покорную, увёл в каюту.

– Ты можешь мне объяснить?..

– Объяснить что? – Та потянулась, выгибая спину и скидывая наброшенную ей на плечи Красисом тунику.

– Я вчера занимался любовью с тобой или Валисой? Начнём хотя бы с этого.

– Разве это важно? – прищурилась она.