По метеоусловиям Таймыра

 – Прихват мы ликвидировали, наверное, уже слыхали. Свиридов, сейчас на вахту, делай спуск и забуривайся. Остальные – отдыхать. И… и если вертолёт будет, поможете погрузить… – Петухов помолчал, не зная, как лучше сказать, что погрузить, потом произнёс: – Тело Ляхова… – Посмотрел на следователя, добавил: – Дело это такое, вот товарищ следователь прилетел, будет разбираться, так он просит, чтобы вы пока помалкивали и не трепались по рации, если кто доберётся, так как Ляхова кто-то застрелил…

– Шутишь, – улыбаясь, сказал Свиридов.

– Какие шутки! – взорвался Петухов. – Какие шутки… Ну, чего стоите, расходитесь…

Мужики стали неохотно расходиться, а Крюк, наклонившись к Петухову, спросил:

– Это что, новая заездка?

– Да.

– А кто был, тех куда?

– Домой им надо ехать, – устало произнёс Петухов. – Домой.

– Нельзя, товарищ Петухов, – твёрдо сказал Крюк. – Ни одному человеку я не разрешаю покидать буровую до полного выяснения обстоятельств убийства.

– А что делать прикажете? У людей законный отдых, да и места на буровой всем не хватит, продуктов в обрез…

– И всё же я приказываю всем остаться.

Петухов вздохнул.

Договорившись, что на ночь новая заездка потеснится, разместят мужиков, часть переночует в автобусе, и решив вопрос с питанием, Петухов вызвал базу и сообщил Безбородько о приказе следователя. Безбородько долго раздумывал, потом, вздохнув так же тяжело, как вздыхал Петухов, слыша просьбу-приказ следователя, сказал:

– Ничего не поделаешь, надо – значит, надо… – добавил: – Нет там рядышком этого лейтенанта?

– Вышел.

– Что он, в посёлке не может допрашивать?

– Не знаю, Владимир Владимирович.

Главный инженер помолчал.

И Петухов помолчал.

– Что-нибудь проясняется? – наконец спросил Безбородько.

И Петухов понял, что хотел услышать он в ответ, но только выдохнул в трубку:

– Говорит, что всех подозревать можно, даже меня.

– Тебя?.. Ну, держись там, Петрович. Слышь, так ты скажи ему, что всё время с нами был…

– Вы утром прилетели, а ночью?..

– Ах да, я и забыл… Ладно, до связи. А мужикам передай, пусть не волнуются, я прикажу поставить семьи в известность… в связи с производственной необходимостью…

– До связи.

Петухов положил трубку.

Он сидел, глядя на синий огонёк рации, и никак не мог осмыслить всего, что произошло за эти дни.