Дорога оружия

Она попробовала пройтись – шаг получался коротким, между замками осталось пол-локтя цепи.

– Чтобы мне руки освободить, дура. Твой грязный ворот тискать – это не очень большое счастье.

– Что ж ты меня все дурой-то бранишь? У меня имя есть.

– Имя? – Мажуга поднялся, пропустил свободный конец цепи через кольцо, вмурованное в стену, и завязал узел. Потом обернулся, поймал укоризненный взгляд старика и почувствовал себя совсем паршиво. – Что ж за имя у тебя, красавица?

– Йоля…

– Дура ты, Йоля.

Девчонка всхлипнула и быстро утерла слезу.

Седоусый тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя, как ему не в радость глядеть на мучения несчастной Йоли.

– Не смотри так, папаша, – попросил Игнаш. – Не надо. Лучше объясни этой кочерге: попала она в такой переплет, что неведомо, доживет ли до вечера. Призренцы на нее глаз положили, а пушкари не хотят, чтобы призренцы ее спрашивали о том, где она ночь провела да почему. Так что если от меня сбежит…

Йоля украдкой сунулась к узлу на цепи, Мажуга коротко треснул ее по пальцам и продолжил:

– Если от меня сбежит, пушкари ее отыщут и втихую где-нибудь зароют.

При мне быть – ей последняя надежда. А ты, кочерга закопченная, не трожь цепь, в ней сейчас твое спасение. Поняла, что ли?.. – Хотел добавить «дура», но увидел, что Йоля сейчас опять заревет, и передумал. Этой замарашке нынче и впрямь уже достаточно бед перепало. – Ну вот. – Он потер ладони. Теперь, когда отпала необходимость держать глупую девчонку, обе руки были свободны. – Поглядим, стало быть, твой товар. Топоры показывай, гвозди…

Сговорившись с седоусым торговцем, Мажуга отвязал цепь от кольца и замкнул на своем ремне.

Когда они с Йолей вышли из лавки, четверка, явившаяся с ними от управы, развернулась навстречу. Мажуга понял, что глядят не на него, а на новенькую блестящую цепочку, и, чтобы отвлечь внимание от воровки, бодро объявил:

– Кое-что разузнал!

Капюшоны качнулись в его сторону, глаза в круглых прорезях холодно поблескивали.

– Вон прилавок, там тетка обычно грибы продавала.

Нынче утром не явилась. Мыслю так: она случайным свидетелем покражи оказалась, и вор ее того, прикончил.

Цепь брякнула, и, пока девчонка не сболтнула чего лишнего, Мажуга сказал:

– Йоля, ты же знаешь, где эта тетка живет? Веди нас к ней.

– Зачем цепь? – вдруг спросил призренец.

– А дура она, вот и приходится с ней так, чтобы не потерялась в большом городе, – спокойно пояснил Мажуга. – Йоля, деточка, не стой, веди нас.