Летний зной

И так ясно, что ок-Дрегерс сильней, но и он мне не пара, – повторил Перк.

Ирс не ответил, он зашагал еще скорей, чтобы пересечь ристалище, пока нет поединков. Грязный песок ворохами летел из-под ног графа. Перед трибунами толпились представители участников последнего боя, ярились, орали и тыкали пальцами в сторону ратного поля. Справа и слева на пристроенных к городской стене трибунах орали и топали ногами зрители – этим хотелось, чтобы бойцы съехались снова. Старики распорядители важно пыхтели и топорщили седые усы.

Они наслаждались собственной властью.

Граф растолкал спорщиков и подступил к трибуне. Сантлакцы попытались возмутиться, но ок-Перк отшвырнул парочку самых отчаянных спорщиков, остальные расступились.

– Мои добрые господа! – воскликнул Ирс, задирая голову и окидывая важных старцев пламенным взором. – Судьба Сантлака нынче в ваших руках! Да что там Сантлак, весь Мир взирает нынче на эту арену и на вас, вершащих праведный суд!

Старики, приосанились, дружно уставились на графа и смолкли. Такое начало их вполне устраивало.

* * *

– Мои добрые господа! – повторил граф. – Нынче вы – судьи этого Мира! И очень мне обидно, что находятся те, которым ваш суд не по нраву! Ох, как скверно…

– Кто это? Кто? – зашумели старики. – Кто посмел?

Они привставали с мест, переглядывались, будто негодяй, оскорбивший их суд, мог укрываться здесь, на трибунах. Ветераны грозно хмурили седые брови, глухо сопели, и, кажется, попадись им этакий негодяй – уничтожат на месте! Ирс выдержал эффектную паузу.

Затем снова повысил голос:

– Епископ! Его священство Ранлей! На рассвете этот недостойный прелат покинул Энгру! – граф оглядел недоуменные физиономии распорядителей Большого Турнира, старики пока еще не уразумели, что к чему. – Он сбежал, чтобы не короновать нашего избранника! Не желает подтвердить решение вашего высокого суда…

Тут до старцев наконец дошло, какую обиду им – именно им – нанес прелат. Эти сообразили куда скорей Перка. Все-таки долгая жизнь, проведенная в турнирах, набегах и засадах, научила этих вояк увязывать всякие события в единую цепочку.

Его священство Ранлей, такой же старый упрямец, как и распорядители турнира, был против выборов нового короля. Епископ, как вся Церковь, стоял за Метриена. С его несогласием ничего поделать было нельзя, но рыцари пребывали в уверенности, что святоше придется смириться. В Сантлаке нравы просты, и, в случае чего, епископа можно было принудить силой, заставить короновать избранника дворянства.