Могила повелителя

Сыновья его сгинули, пытаясь воспротивиться Капитану Ройнгарду, когда тот совершал первые походы, а старик выжил – последний в роду. Ему незачем бежать на юг, нечего спасать, некого пытаться уберечь от Лорда Тьмы. Возможно, поэтому он и держится за свое гнездо. Конечно, если бы Железная Рука пожелал, давно мог убить старикашку или разрушить замок, чтобы тому волей-неволей пришлось убраться. Но Ройнгард не хотел этого. Единственный помещик в приграничной полосе стал приметой, отличительной чертой края, какой бывает одинокая скала или вросший в землю каменный столб на перекрестке.

К тому же старик был безумен. Иногда Ройнгарду казалось, что они немного похожи – могущественный Лорд Тьмы и дряхлый безумец. Оба рассуждали сходным образом, оба никого не боялись и делали, что пожелают а не то, что считает правильным большинство…

Лорд заметил на дороге движение – возвращается разъезд. Коричневые плащи воинов Железной Руки отчетливо выделяются на сером полотне дороги. Капитан не стал останавливаться – незачем задерживать колонну.

Случись что, дозорные неслись бы во весь опор, разбрызгивая ржавую воду, собравшуюся в дорожных колеях. А если кавалеристы рысят без спешки, значит, округа спокойна.

Всадники приблизились, передний торопливо поклонился в седле, громыхнув доспехами. Когда он выпрямился, складки на груди разгладились, на плаще четко обрисовался герб Ройнгарда – серая пятерня с растопыренными пальцами на коричневом.

– Мой Лорд! Все по-прежнему.

Безумный Гойт Ловлих заперся в своем замке.

Да, безумного старика зовут Гойтом Ловлихом…

* * *

Ройнгард поднял руку – левую, разумеется. Сжал пальцы и махнул, указывая направление по тракту. Это был знак колонне продолжать движение. Лорд дернул повод, разворачивая жеребца, и свернул к замку. Два десятка кавалеристов последовали за господином. Остальные не стали покидать строй.

Чем ближе, тем отчетливей вырисовывались старые стены – грязные, с темным потеками под парапетом.

Уже давно никто не заботится о том, чтобы поддерживать укрепления в порядке.

Перед замком под наскоро сколоченным навесом были сложены мешки – пшеница и ячмень. Поодаль – круги сыра, сложенные в пирамиду, два окорока. К столбу, поддерживающему хилую кровлю, привязана тощая корова, овцы… Так повелось уже довольно давно – слуги сумасшедшего старика оставляли пятую долю урожая и годового приплода скотины для Железной Руки.