За горизонтом

Давай, давай – чем раньше управитесь, тем быстрее отсюда уйдете… Соедините ему ноги… А мы вот так… – он проворно надел на ноги зомби какую-то железяку.

Неупокоенный хрипел и выгибался, однако четверо солдат и впрямь были гораздо сильнее его. Цирюльник тем временем отсоединил ноги пленника от вделанных в стену цепей, затем велел солдатам схватить зомби за руки. Убедившись, что солдаты (уже слегка свыкшиеся с задачей) держат зомби крепко, он все так же ловко и со знанием дела освободил того и от ручных кандалов.

– А теперь – на стол его! И пристегните ремнями, – скомандовал «распорядитель церемонии» и принялся перебирать звякающее содержимое своего мешка.

Солдаты потащили пленника к столу. Тот уже совершенно сбросил апатию и начал вырываться из держащих его рук. Безуспешно – особой силы у мертвеца не было, четверо крепких мужчин уверенно поволокли его, хотя и не без труда. Заминка возникла, когда потребовалось поднять извивающееся тело на метровой высоты стол, графские латники никак не могли угадать и взяться согласованно…

Пока длилась вся эта безобразная сцена, графский чародей суетился вокруг солдат, что-то попискивал, но его никто не слушал – латники сопели и пыхтели, удерживая свою жертву.

Ингви держался в стороне, Ннаонна отвернулась и даже закрыла глаза руками. Граф Гезнур не проявлял брезгливости или испуга – видно было лишь, что он раздосадован задержкой. От волнения он стащил одну перчатку (он тоже взял комплект из свертка, предложенного палачом) и принялся похлопывать ею по ладони…

Когда латники в третий раз попытались водрузить зомби на возвышение и он вновь вывернулся и со стуком грохнулся на пол, Ингви шагнул к столу и, негромко пробормотав некую формулу, хлопнул мертвеца по лбу ладонью.

После этого мертвец обмяк, хотя и не прекратил сопротивления вовсе. Один из латников угрюмо буркнул:

– Благодарим, мастер, – и затем предложил своим, – на «и-раз»…

Покойника наконец водрузили на стол и начали пристегивать специальными ремнями с массивными пряжками, а Ингви бесцеремонно выдернул из рук палача его мешок, схватив за дно – и начал вытирать руку.

Всевозможные инструменты, которые были в мешке, естественно, с лязгом обрушились на пол. Цирюльник торопливо убрал ногу из-под вороха падающих железяк и не возразил ни слова, хотя его взгляд был достаточно красноречив. При звуке стукнувшего об пол металла Ннаонна вздрогнула и, убрав руки от лица, глянула на стол. Затем опять торопливо отвернулась.