Дыхание осени

– Итак, господа, кто желает дать совет? Я – женщина, я ничего не смыслю в делах войны и магии. Кто из вас сумеет объяснить мне, как быть? Сэр Кенперт?

– Прошу прощения, ваше императорское величество, – рыцарь привстал и поклонился, – полагаю, прежде чем мы получим достоверные известия, не следует предпринимать серьезных шагов.

– Но пока эти самые известия будут собраны, враг окажется у ворот Ванетинии! – пропыхтел пожилой сановник.

– Насколько мне известно, – Кенперт обернулся к старику, – сейчас никто не приближается к столице.

Пожилой вельможа собирался возразить и тяжело заворочался на стуле, но Кенперт поспешно добавил:

– Иначе мы бы слышали слухи не о поражении, а о нашествии. Слухи всегда преувеличивают масштабы бедствия. Но если на рынке не судачат о нашествии черных солдат…

– Благодарю, сэр, – Санелана улыбнулась, – вы произнесли именно те слова, которые нам желательно было услышать.

Императрица поспешила одобрить рыцаря, чтобы ревнивые старики не мешали ему говорить.

– Итак, – продолжала Санелана, – что вы советуете предпринять?

– С позволения вашего величества, я отправлю отряд гвардии… скажем, десятка два человек, на восток. Пусть разыщут ок-Линвера и получат точные сведения. Либо пусть схватят кого-то из беглецов, что мутят воду на востоке, и привезут сюда. Пусть этот человек повторит в глаза вашему величеству то, что болтал на площади.

– У вас будут все необходимые полномочия, – Санелана снова улыбнулась.

– Я с городскими синдиками обойду городские стены, мы оговорим меры, какие потребуются, если столица в самом деле может подвергнуться нападению. Цехи проведут частичную мобилизацию, так что у нас будет постоянно не меньше пяти сотен вооруженных под рукой… Полагаю, для начала этого достаточно.

Придворные зашептались. Те, что сидели ближе к Санелане, помалкивали, прочие тихонько обсуждали новую восходящую звезду двора. Кенперт хорош собой, неглуп и отменно учтив, он сделается любимчиком ее величества, и лишь Матери Гунгилле ведомо, как далеко будет простираться милость Санеланы. Когда муж воюет в дальнем краю, такой прекрасный юный советник очень уместен… гм-гм… От толстяка, возражавшего Кенперту, все отвернулись – этому быть в опале.