Летопись Тэлы

Промаявшись до третьих петухов

в бессоннице и потный скинув саван,

услышишь серафимов зычный хор.

Душа уйдёт, тихонько пятясь за ум.

То едет Ревизор по большаку,

в деснице – острый шнобель, в левой – рашпиль,

выслушивая чинно на скаку

почтительные всхлипы, плачь и кашель.

Медлителен и важен, как пингвин,

опасен, словно бритва брадобрея.

Стучит народ в грязи грехов и вин

зубами: не рубите нашу шею.

Но шея топору не Рубикон,

но сумрачный тоннель в подземку ада.

Лишь Ревизору ведомый закон,

как щит, пришитый на врата Царьграда.

А где есть щит, конечно, есть и меч.

Остры глаза посланника Фемиды.

Куда деваться смертному и бечь,

когда в душе, как щупальца – флюиды,

которые несут кому позор,

кому язя копчёного на блюде.

Но вот уехал дальше ревизор,

и выдыхают с шумом воздух люди.

Миф о Золотом Сне

Едва ли кто видел в сумбуре материй

знакомый, родной и простой,

тот самый желанный, который потерян

в беспамятстве – Сон Золотой.

Обрывки мелодии, всполохи света,

взмах крыльев ничьих у плеча…

Сознание тщетно блуждает по следу

заветной добычи, ища

в затейливых дебрях бесплотного зайца,

который всегда за спиной

с ехидцей сочувственно улыбается.

Реальности из не иной,

придуманной кем-то, а именно этой

вдали возникает мираж.

Лучами фантазии светлой согреты

регистры возвышенных башен,

холмы куполов, скромных хижин солома.

Но мимо идёт караван

горбатых мыслишек линией ломанной

к холодным чужим городам.

Ведь Сна Золотого предчувствует зритель

финальный разящий аккорд,

крушащий басами земную обитель.

Взлетев над суставами хорд

сверкает улыбка и, разом померкнув,

ныряет под занавес сна

свинцового, что в обиходе у смертных.

Любовь. Комсомол. И Весна.

Миф о Героях

Чем обычно дерутся великие люди?

Неизвестно.

Им по праву всё лучшее из атрибутик

достаётся, чтоб мощью плебеев страшить.

Им неведомы страхи, налоги и штрафы.

Надоедливо мелочь в мошне не звенит.

Затаённые в недрах дубового шкафа

из титана доспехи – вот их реквизит.

Вы от них не услышите слово «пуанты».

Если ростом с Везувий, какой тут балет?

Но легко помещаются в замках атланты,

на страницах таблоидов, в новый багет.