Однажды в центре Галактики

Лонгшот повернулся, и вперил в него свой тяжёлый взгляд, под давлением которого Иглесиас вновь ощутил себя неопытным мичманом, несмотря на то, что был на добрых полтора десятка лет старше. Капитан отвернулся и, подойдя к креслу, уселся на него, словно на трон. Первый помощник утёр лоб платочком, и, спрятав его в карман, несколько раз коснулся экрана планшета: – Все отсеки, доложить о состоянии!

– В машинном отделении порядок!

– Все исправные орудия готовы к бою!

– Лазарет готов к оказанию помощи. Больных и раненых нет.

– Дефлекторы в порядке!

– Основные и вспомогательные силовые установки работают на полную мощность!

Лонгшот нажал кнопку на подлокотнике кресла: – Машинное отделение.

– Машинное на связи!

– Малый ход. Лево руля на 30 градусов.

– Есть малый ход!

– Меняю курс, – отозвался рулевой. – Впереди поле затенения.

– Войти в поле, – коротко ответил капитан.

– Есть!

Старпом опустил планшет и взглянул на капитана: – Будут приказания кораблю сопровождения?

– Пусть прячется неподалёку.

Все действия – по моей команде.

– Эстерсен! Радируй на «Конклав»!

– Есть!

– Старший лейтенант Иглесиас.

– Сэр? – отозвался старший помощник, поворачиваясь к капитану.

– Примите командование, – произнёс Лонгшот, надевая форменную фуражку.

– Да, сэр! – отсалютовал Иглесиас, и вновь уткнулся в офицерский планшет. Воспользовавшись гравилифтом, капитан двинулся вперёд по транспортёрной ленте. Спешившие мимо офицеры и матросы вытягивались в струнку и чётко отмахивали воинское приветствие, после чего, дождавшись ответного кивка капитана, спешили дальше.

Казалось, что Лонгшот просто решил прокатиться по уровню, но взгляд его глаз, замечающих мельчайшие детали обстановки, напрочь отметал это впечатление. Скользя мимо запертых орудийных постов, и открытых дверей жилых и вспомогательных помещений, командир, судя по слегка нахмуренным бровям, был занят какими-то своими мыслями. Однако, это не помешало ему сделать несколько замечаний, касательно внешнего вида матросов и указать на проблемы, требующие немедленного устранения.

Подойдя к автоматически открывшейся двери, капитан остановился в дверном проёме. Разделившиеся на три группы матросы удобно расположились в мягких креслах кают-компании. Одни смотрели головизор, другие азартно резались в настольные игры, третьи обсуждали последние корабельные сплетни. Тут кто-то из игравших заметил командира, и по кают-компании прогремело «Встать! Смирно!».