В Дафиаркам. Кетаб первый

Виола – сокращение от Виоланты-Иолы – шут придумал несколько лет назад и употреблял как оскорбительное. Но, на удивление, принцессе оно нравилось, хотя и звучало как-то по-крестьянски.

– Он точно уехал? – спросила девушка, пристально глядя на шута.

– Точно-точно, – закивал Кастра. – Зато Симун дер Лэк не уехал. Ходит, рыщет, тебя ищет.

Принцесса поморщилась. Шут покачал головой.

– Ай-яй-яй, зачем хмуришься? Морщинки будут, замуж никто не возьмёт. Давай, беги обедай – хотя обед уже закончился, конечно, но я тебе сухарик приберёг.

Хочешь, дам? Погрызёшь. Или сразу пойдёшь грызть гранит науки?

– Можешь свой сухарик засунуть…

Кастра погрозил пальцем.

– Фу, как некрасиво. Где манеры, где изящная вежливость? Гляди, папе пожалуюсь – отшлёпает.

– Не отшлёпает! – Виоланта гордо подняла голову и пошла прочь.

– А что учителю сказать? – крикнул вслед шут.

Девушка, игнорируя его, прошла мимо. Кастра довольно ухмыльнулся, подождал, пока принцесса скроется за поворотом, и засеменил следом.

***

– Вперёд! За Фольнард! Во славу короля Арэндаля!

Пехота ринулась вниз со склона, потекла раскалённой лавой прямо на большое поле перед Рахтаэлем. Со стен города полетели снаряды – дафиаркамские баллисты ударили слаженно, как одна. В потёках лавы образовались широкие прорехи.

Пять лет войны. Рахтаэль держался полгода, потом всё-таки пал. А дальше – осада за осадой, чтобы вернуть город. Дафы вцепились в него, вгрызлись зубами, не желая отпускать. Арэндаль Кхайский, совсем недавно занявший трон после смерти отца, потерял много людей.

Но потерять страну он не мог. Дафиаркамцев нужно сбросить в море, иначе… он старался не думать об этом «иначе».

На защиту Фольнарда Арэндаль поднял каждого, способного держать оружие, однако сил не хватало. Тогда он обратился за помощью к соседям: унижался перед Нэскайлардом, взывал к Досдэрру и Васланд-Дэрру, умолял Райндэр и Ниэндар. Южные королевства откликнулись, выслали подкрепление. Дафам не дали продвинуться дальше в страну, запечатав на побережье.

Арэндаль собрал всю волю в кулак и начал бесчисленные попытки вернуть Рахтаель. Люди гибли – город стоял. Если бы Нэскайлард тоже прислал хотя бы несколько полков…

Но Нэскайлард, разрываемый междоусобицами наследников, молчал.

Со стен ударили арбалеты, ещё больше прореживая наступающую пехоту. Юный король грустно вздохнул, глядя из-под руки. «Сжечь Рахтаэль вместе с проклятыми дафами!» – твердили полководцы.