Любовница Леонарда. Роман ужасов

Прожевав, уже другим, бодрым, голосом произнес: – Тут кое-кто слухи в селе распускает… Уж прости, что приходится об этом говорить… Вроде ты самолично завела машину, когда в ней сидел пьяный отец, а потом еще и ворота гаража закрыла…

Архелия с укоризной посмотрела на гостя:

– И вы этому верите?

– Что ты?! – замахал он руками. – Понятное дело, что это бред! Я так понимаю, отец твой, когда его привезла Сысоева, остался сидеть в машине. Ну, ты подумала, что он в ней будет спать, и ушла в дом.

А Павло спьяну взял да и завел мотор…

– Нет, не совсем так, – грустно возразила девушка и на ее пушистых ресницах блеснула влага. – Когда батьку привезла Райка, я вытащила его из машины и провела в дом. Уложила спать в гостиной, а сама вышла. А потом глядь: а батька сидит и лакает прямо из бутылки вино. Я к нему: не пей! Так он меня еще кулаком в лицо заехал. А сам поднялся и еле выполз во двор. Во дворе упал, полчаса валялся, никак не мог подняться… Как я ни просила, залез в автомобиль, кричал, что ему надо к Сысоевой.

Завел мотор. Я думала, сейчас начнет выезжать из гаража, изувечит кузов. Но нет, машина урчит, а не едет. Я тогда подошла к передней двери, заглянула в окно. Смотрю – спит. Будить его не стала. Прикрыла ворота гаража, чтобы батька не так мерз, и ушла в дом… А утром…

Отечко сидел, облокотившись о стол, и внимательно слушал. Когда Архелия закончила, тяжко вздохнул и, поймав ее за руку, привлек к себе.

– Слушай, Лия, что я тебе скажу! О том, что ты самолично закрывала ворота гаража, никому ни слова! Понятно? Я все прекрасно понимаю, ты просто не знала, что делать этого ни в коем случае нельзя при работающем двигателе.

Но поймут ли это другие? Поэтому всем, кто бы ни спрашивал, говори так: я не смогла вытянуть пьяного отца из машины, он в ней и уснул. Когда я уходила в дом, мотор был заглушен, а ворота гаража приоткрыты.

Когда Отечко закончил говорить, лицо девушки было белее полотна, а в глазах полыхал ужас.

– Дядя Петя, так что… получается, в смерти батьки… все-таки есть моя вина? – растерянно прошептала она. – Это же я закрыла ворота гаража, чтобы он не вздумал куда-то ехать…

– Прекрати! – резко взмахнул рукой участковый, пытаясь успокоить Архелию. – Никакой твоей вины в смерти Павла нет и быть не может! Но… держи язык за зубами. Ты меня поняла?

– Да, поняла, – пролепетала девушка, заливаясь слезами.