Дорогая эрцеллет, успокойся!

Теперь же вдруг оказалось, что каждую свечу вдвоём они могут превратить в потрясающее приключение и без игры в скандал.

Глава 8. Предчувствие ужасной правды

Чтобы пережить восстание неподалёку от столицы и вернуться, как только появится необходимость, принцы и регенты из Белого Блока со своими семьями разместились в ближайшем из всех имений принцев – довольно большом доме, принадлежащем Макферстам. Бодряще прохладные галереи, соединяющие флигели, словно созданы были для того, чтобы прогуливаться с дочерьми в ожидании новостей из столицы.

А Дэлсиер и Дануин представили новую технологию, благодаря которой больше не нужно было ждать новых слепков для метакарт. Теперь информация о происходящем в Ньоне поступала непрерывно, а летшары подчинялись непосредственному управлению.

Конечно, едва Алекс сообщил жене, что Сапфирта сбежала в Ньон, Бриана потеряла всякий покой и больше не выпускала из рук метакарту. Санктуарий, видя её, всё ухудшающееся, состояние, постарался отвлечь Анну и Шеридан игрой, однако едва девочки перестали цепляться за мать, готовую сорваться в истерику, он не бросился опрометью за Сапфиртой, а продолжал стоять и смотреть на жену.

Пары мгновений хватило Бриане, чтобы понять – он не сдвинется с места.

– Чего тебе нужно? – спросила она. Когда супруг промедлил с ответом, она понадеялась, что странное чувство, сообщающее о том, что принц не собирается спасать дочь – ошибочно. – Так что же тебе нужно, чтобы вернуть её сюда?

– Немного времени, – ответил он, подумав.

– У тебя сколько угодно времени, только спаси её, ты же можешь, правда?

– С чего ты взяла, что ей угрожает такая уж страшная опасность? Сапфирта в Ньоне – всего лишь один перевёртыш среди тысячи таких же, как она.

– Она – одинокая девушка среди крушащего всё на своём пути стада мужланов!

– Всё с ней будет в порядке.

– Ты говорил с Сапфиром?

– Да, – и Алекс замолчал, хотя мог рассказать больше – Бриана поняла это. Её до онемения шокировало спокойствие принца.

Чувство опасности кричало о том, что дочь уже не вернётся никогда. Но разум говорил, что Сапфир крайне редко ошибается и следует довериться суждениям древнейших. Правда, чем больше она размышляла, пытаясь внять голосу рассудка, тем большей казалась опасность, угрожающая Сапфирте. Теперь ей вспомнились слова принцев на последнем из вечеров Белого Блока, на котором она присутствовала. Вспомнилось о том, что и как они говорили. Кто для них все перевёртыши.