Олег Рязанский против Мамая. Дорога на Куликово поле

– Об этом Евфросинья меня не известила, княже, – сказал Клыч Савельич, шествуя по лестнице вслед за Олегом.

Для обсуждения самых насущных забот Олег, по своему обыкновению, собрал на совет своих ближних бояр. Прежде всего, Олег поведал своим старшим дружинникам о разгроме Урус-хана Мамаем.

– Что теперь делать, бояре? Ехать ли мне на поклон к Мамаю? – сказал Олег. – Жду вашего совета.

Бородатые степенные мужи в длинных одеяниях обеспокоенно заерзали на скамьях, переговариваясь между собой негромкими тревожными голосами.

– Кто желает высказаться первым? – громко спросил Олег, восседавший на дубовом троне с резными подлокотниками в виде бегущих пардусов.

Князь был облачен в красный кафтан и красную парчовую шапку с опушкой из меха выдры. На ногах у него были красные сапоги.

Багряные лучи вечерней зари, проливаясь в просторное помещение через высокие узкие окна, ложились зловещими темно-рубиновыми отсветами на деревянный пол и на бревенчатые стены гридницы. Боевые топоры, мечи, щиты и секиры, развешанные на одной из стен, в лучах закатного солнца переливались металлическим блеском.

Первым, как всегда, заговорил Клыч Савельич.

– Вся эта затея с поездкой к Урус-хану мне с самого начала была не по душе. Присутствующие здесь бояре не дадут мне солгать. – Клыч Савельич, поднявшись со своего места, плавным жестом руки обвел всех княжеских советников. – Мои здравые доводы, помнится, потонули в угодливых речах тех бояр, кто, не имея своего мнения, готов всегда и во всем поддакивать нашему князю.

Меня постоянно обвиняют в том, что я все время предрекаю беду, что своим карканьем я то и дело притягиваю различные напасти на Рязанское княжество. Но ведь кроме предсказаний худшего я также даю советы, как избежать той или иной беды. Неужели так трудно внять здравому совету?

Клыч Савельич умолк и взглянул на князя. Обратились на князя взоры и всех остальных бояр.

– Каков же твой совет будет на сей раз? – хмуря брови, проговорил Олег, встретившись взглядом с боярином Клычем.

 – Признаю свое недомыслие, друже. Не следовало мне ездить к Урус-хану.

– Твое недомыслие дороговато обошлось казне нашей, княже, – ворчливо обронил Клыч Савельич.

– Ты молви по делу, не томи душу! – резко вымолвил Олег. – Иль ты ждешь, чтоб я на коленях пред тобой ползал!

– Совет мой такой, княже, – промолвил Клыч Савельич, пригладив свою русую бороду. – К Мамаю не езди, милости от него тебе уже не дождаться.