Божья кара

Дети, которые вырастают в этой обстановке, которые видят это ежегодно, волей-неволей начинают принимать эту жизнь, как единственно достойную, более того, единственно возможную. Они ведь не думают о том, что человек год копит деньги, чтобы здесь спустить их за две-три недели. Здесь не может состояться поэт, художник, ученый, просто мастер в каком-либо деле. Да, здесь мелькают знаменитости, но они состоялись где-то там, на севере, а на наших берегах или доживают свой век, или ухлестывают за женщинами.

Андрей хотел было что-то сказать, но анатом его перебил:

– Я не отвлекаюсь, я говорю о содержании той папки, которую вы только что держали в руках.

Мне пришлось несколько раз поговорить с матерью этой девочки, она приходила ко мне… Светлана ее зовут… Она ведь тоже поплыла, тоже не выдержала напора пляжных сезонов. И то, что случилось…

– Да, я знаю, – сказал Андрей.

– Мне Воеводин кое-что приоткрыл в этой истории… Наверно, иначе и не могло получиться… у вас… с этой женщиной. Простите, что я берусь об этом судить.

– Да ладно, судите.

– У местных девочек случаются соревнования – кто больше снимет приезжих мальчиков за сезон… И это не проститутки, нет, они бескорыстны… Просто шаловливы. А потом эта шаловливость становится привычкой, натурой, характером, судьбой. Девочки ошибаются, думая, что это они снимают. Снимают все-таки их. И после этого требовать каких-то жизненных устоев, верности, преданности… Видимо, вы через это прошли?

– Видимо, – кивнул Андрей. – От чего она умерла?

– Множественные ножевые ранения.

Несовместимые с жизнью. Болевой шок.

– Ее насиловали?

– Да. И еще… Я могу говорить?

– Конечно, – кивнул Андрей. – Я за этим и приехал сюда.

– За чем?

– Чтобы узнать все.

– Зачем вам нужно знать все?

– Чтобы быть свободным в поступках.

– Чтобы ни в чем не сомневаться и не колебаться, когда вы его поймаете? – в упор, глядя на Андрея, спросил Аркадий Евгеньевич.

– Да.

– Ну что ж, это объяснимо. Тогда я вам добавлю немного уверенности…

– Только не скупитесь.

– Я не исключаю, что после всех ножевых ранений она была еще жива. Ее задушили. Преступник понимал, что ее нельзя оставлять в живых. И еще…

– Говорите. – Андрей уставился в пол.

– С маньяками это случается… Иногда они стремятся получить удовольствие именно в те секунды, когда жертва бьется в предсмертных судоргах… Вы понимаете, что я хочу сказать?

– У вас выпить нечего? – спросил Андрей.

– Хороший вопрос.