Будет немножко больно

Он знал, кто главный, но оскорбления прямого и сознательного не прощал.

– Там была компра, – негромко и внятно произнес Голдобов.

– На кого? – задал Заварзин вопрос и сразу понял – ответа не будет.

– Там были документы, которые позволяли мне, а значит, и тебе, чувствовать себя спокойно. Что бы ни случилось. Теперь понял, что мы потеряли?

– Как не понять, Илья Матвеевич, – вздохнул Заварзин. – Как не понять.

– Кто мог забраться к тебе в квартиру?

– Официальное правосудие так не действует.

Ночью, тайком… Им нужны протоколы, свидетели, понятые, акты изъятия, постановление на обыск. И так далее. Здесь все было иначе.

– Это был обыск или ограбление?

– Кое-что, конечно, похищено. Но так, по мелочи. Однако же есть и признаки обыска. Что-то искали. Причем явно нервничали, взламывать было не обязательно, поскольку рядом, в соседнем гнезде, торчали ключи от этих же ящичков. Такое впечатление, что они нарочно хотели оставить следы, нашкодить… Или же действовали в панике, в спешке, не зная, куда ткнуться.

– Откуда у них твои ключи? – Голдобов изменил направление разговора, изменил и тон. Заварзин понял, что его подозревают. – Скажи мне, дорогой Саша, откуда у шелупони подзаборной оказались ключи от твоих финских, шведских и прочих замков? Ведь не было взлома, не было отмычки, у таких замков не может быть отмычки. Не было отжатия, потому что твоя дверь, изготовленная в моих мастерских, не поддается отжатию. Там были использованы ключи от этих замков.

Именно от этих, Саша! – прокричал Голдобов прямо в лицо Заварзину. – Как ты это объясняешь?

– Вы так спрашиваете, Илья Матвеевич, что мне даже показалось…

– Плевать я хотел на то, что тебе показалось!

Заварзин помолчал, наливаясь обидой и гневом, потом полез в карман и с силой припечатал к столу связку ключей.

– Вот! Они всегда при мне. К ним пристегнут автомобильный ключ, поэтому я ни шагу не могу ступить без этой связки. Кольцо спаяно, ни один ключ отстегнуть невозможно.

Вы сами на этом настояли, Илья Матвеевич! Это ваш совет – спаять кольцо.

– Да, был такой разговор, – неохотно согласился Голдобов.

– Должен вам напомнить, дорогой Илья Матвеевич, что такие же ключи есть и у вас.

Голдобов молча поднялся, пошарил в карманах и положил перед Заварзиным ключи на тонком блестящем колечке. Потом, не говоря ни слова, снова сунул их в карман.

– Понял? – спросил он.