Человеческий фактор

Ну, да ладно, чего уж там, не будем к нему придираться, придраться можно к каждому.

– А эти ребята, – произнес Епихин с полнейшим равнодушием в голосе, – они что, частенько бывают здесь?

– Заглядывают, – протянула Фатима. – И всегда с проблемами.

– Девочки? Дурман? Деньги?

– Боюсь, что все-таки деньги.

– Ну, что ж… Все мы этим озабочены.

– Конечно… Одни меньше, другие больше… Но у этих только об этом и разговор.

– Отощали, значит, – Епихин снова склонился над мобильником. Но кнопок не нажимал – делал вид.

Похоже, разговор с Фатимой был для него не так уж безразличен. – Помногу пьют?

– На пару порций наскребают. Все шепчутся, – Фатима наполнила, наконец, кружку и принесла ее к столику.

– Дела, значит, решают.

– У них дела? – Фатима, уже отойдя, резко обернулась.

– Может, возраст такой, – Епихин отхлебнул несколько глотков пива.

– Хороший у них возраст! – решительно ответила Фатима, зайдя за стойку бара, оказавшись на своем месте, она как бы обрела уверенность в своих суждениях.

 – Под тридцать обормотам.

– Хороший возраст. Мне тоже когда-то было тридцать… Неплохие остались воспоминания… – Епихин поднял кружку.

– Не будет у них никаких воспоминаний! – решительно сказала Фатима.

– Будут, – чуть слышно обронил Епихин, скорее, для себя сказал, отвечая на какие-то свои мысли. Фатима даже не услышала этого его словечка. Пустой, ненужный, необязательный разговор оборвался. Епихин свое внимание обратил на пустеющую кружку, и мысли его были заняты одним – не заказать ли еще одну? А каждый грамотный человек прекрасно знает, что если вопрос такой возникает, то ответ уже ясен – конечно, потребуется еще одна.

Тем более что на блюдечке еще оставались орешки, десятка полтора, вполне достаточно, чтобы украсить собой еще одну кружку.

Появились новые посетители.

Пришла компания полных, оживленных, повизгивающих женщин. Скрежеща стульями по полу, они шумно уселись за столик – видимо, решили отметить какую-то свою конторскую дату.

Пришел угрюмый, полноватый мужик и, заказав фужер водки, уселся за свободный столик спиной к залу – не хотел он никого видеть и общаться ни с кем не было у него никакого желания. Я, дескать, сам по себе, отвалите.

Протиснувшись боком между стульями, уселись за столик две красотки, не слишком молодые, но их вид говорил о том, что цену они себе знают и в этом помещении нет им достойных, никогда не было и не будет.