Купите девочку

– Это, Паша, фирма «Фокус»… Вот их главное здание…

– Особняк в три этажа?!

– Да, Паша, да… Они его отремонтировали, обязались сохранять как памятник архитектуры прошлого века… Украсили коваными решетками, внутри восстановили мраморные камины, на двери навесили бронзовые ручки с львиными мордами…

– Ни фига себе!

– А это машины перед их подъездом… Обрати внимание, Паша, на эти машины…

– Уже обратил.

– Ни единого «жигуленка». Некоторые я вообще никогда раньше не видел. Сплошные «роллс-мерсы». Или «мерс-ройсы», как скажешь.

– А это что за хмыри? – показал Пафнутьев на нескольких амбалов, которые прохаживались вдоль особняка, лениво прохаживались, это было заметно даже по снимкам.

– Наверное, Паша, охрана. Я поснимал их немного, думаю, вдруг тебе пригодятся их физиономии. Они довольно тупые, эти физиономии, на них даже смотреть противно. С трудом заставил себя навести на них фотоаппарат и установить резкость. Но ты же не будешь вешать их портреты в собственной спальне? А для дела… Чего не бывает – сгодятся.

– А морду они тебе не набили?

– Пытались.

– Отбился?

– Нет, дураком прикинулся.

– А зачем тебе прикидываться?

– Не обижай, Паша. Я жизнью рисковал, а ты всякие слова непотребные в мой адрес произносишь. Так это… Ты же ведь хозяин своего слова?

– Хозяин.

– Тогда, Паша, я буду надеяться, начиная с этого вот самого мгновения, ладно?

– Ладно, – ответил Пафнутьев, всматриваясь в снимки, принесенные Худолеем. Они и в самом деле были необычно крупные, размером со стандартный лист писчей бумаги.

На снимках можно было рассмотреть и модели машин, и их номера, и смурные морды амбалов, охраняющих вдоль особняк. Стоянка перед домом была огорожена невысокой кованой решеткой, и посторонних машин здесь быть просто не могло. К тому же в сторонке был установлен небольшой шлагбаум, который поднимался автоматически, по команде из самого особняка – будки вахтера возле шлагбаума не было. Значит, действительно все машины, стоящие на площадке, имели отношение к фирме «Фокус».

– Хорошая работа? – Худолей безошибочно уловил тот момент, когда он мог задать вопрос без риска вызвать раздражение Пафнутьева своей настырностью. – Нравится?

– Катись. Все помню, все знаю и ничего не забываю. Ты что, засомневался?

– Упаси боже! – в ужасе замахал руками Худолей и даже попятился к двери, будто само лишь это подозрение Пафнутьева повергло его в ужас. – Упаси боже!

– Забери снимки, высуши, отглянцуй… А потом приноси.