Остров

Протискиваясь между ящиками, он улыбался все шире, радостней, предчувствуя, как будет угощать ребят, как, перевирая и размахивая руками, расскажет об этом своем посещении. Он уже знал наверняка, что навсегда запомнит этот случай, как запомнил единственное свое посещение церкви в Харькове, где он был как-то проездом.

– Хорошо-то как, господи! – выдохнул Гена почти неслышно.

– Ну? – обернулся директор. – Что брать будешь?

– А бес ее знает… Глаза разбегаются.

– Решай… Больше такого случая не будет, – директор гордился своими владениями и, видя неподдельный восторг Гены, проникался к нему все большим доверием.

– Можно, конечно, чего попроще, «Московскую», например. Но раз уж такой случай выдался – неудобно. Ребята засмеют… Нашел, дескать, что выбрать… Давайте лучше «Столичную», хотя мне в общем-то все равно. Было бы закусить чем.

– Это главное, – подтвердил директор, думая о чем-то своем. И Гена снова обратил внимание на легкую поволоку в его глазах, неуверенность движений, да и лицо директора нельзя было назвать очень уж свежим.

– Я вижу, вы сегодня малость того, – Гена покрутил в воздухе растопыренной пятерней.

– Да, кое-что есть… Остаточные явления. Вот здесь «Столичная». Эти три ящика твои.

Директор не уходил. Ему было любопытно, как один человек возьмет три ящика водки да еще в такую погоду. Не один раз он видел, как уносили бутылки в карманах, авоськах, дамских сумочках, медицинских саквояжах, инкассаторских мешках, видел, как водку пили тут же, в магазине, «не отходя от кассы», как сливали ее в бидоны, ящиками грузили в мотоциклы, грузовики, телеги, увозили на багажниках велосипедов… Но чтобы вот так…

Усевшись на фанерный ящик, Гена поставил перед собой чемодан, отвинтил неприметную плоскую крышечку рядом с ручкой, заглянул в дырку и, подмигнув директору, дунул в нее.

Внутренность чемодана загудела, как пустая цистерна. Потом Гена сунул нос в отверстие и шумно втянул воздух. Прислушался, словно ожидая обнаружить в чемодане какие-то признаки жизни. Снова посмотрел на директора – вот так, мол, ничего хитрого, можно начинать…

Он взял из ящика крайнюю бутылку, одним движением крепких, огрубевших от подземной работы пальцев сорвал алюминиевую нашлепку, открыл еще одну бутылку и перевернул их над дырой, склонив голову и прислушиваясь к волнующему бульканью внутри чемодана.

– Хитро, – одобрительно сказал директор. – Где это ты такую емкость раздобыл?

– Наши ребята… В мастерских сварили. Они и черта сделают.