Победителей не судят

– Ничего игрушка… Убедительная. Газовый?

– Газовый, – неохотно подтвердил Ухалов. – Но знаешь… Как отнестись…

– Не понял? – проговорил Касьянин, не отрывая взгляда от револьвера – он прямо впился в его ладонь, все его выступы и впадины нашли на ладони свои заветные уголки, и револьвер, похоже, просто не желал расставаться с ладонью Касьянина.

– Дело вот в чем, Илья… Эта машинка шестизарядная… Вряд ли тебе когда-нибудь понадобится сделать больше шести выстрелов. А если понадобится, то вынешь патроны из кармана и зарядишь снова.

Но тут маленькая особенность… Патроны в барабане расположены не просто так… Первые два – обычные шумовые. Грохот, огонь из ствола, страх и ужас. Два следующих – газовые. Противник отброшен, воет от боли и бессилия, задыхается, раздирает себе морду собственными когтями.

– Ногтями, – поправил Касьянин.

– Когтями! – повысил голос Ухалов. – После твоих выстрелов его хилые ногти превратились в когти, потому что только когтями можно драть себе морду после твоей газовой атаки.

– Понял, – кивнул Касьянин. – А последние два патрона?

– Мелкая дробь. Но это для тебя она мелкая, а для злодея, который осмелится в следующий раз напасть под покровом ночи, дробь произведет впечатление картечи! Страшной кабаньей картечи, которая крошит ребра и вылетает с противоположной стороны тела, оставляя за собой дыру размером с футбольный мяч.

– Круто! – проговорил Касьянин, возвращая револьвер Ухалову.

– Понравился? – заговорщицки прищурившись, спросил Ухалов.

– Да, – ответил Касьянин, помедлив, не сразу ответил, не бездумно.

– Берешь?

– Если не передумаешь.

– Заметано! – Ухалов так обрадовался, словно ему самому подарили что-то чрезвычайно ценное. – Придешь ко мне после больницы и тут же требуй – где мой черный пистолет? А я, не задумываясь, отвечаю – а вон лежит, тебя дожидается. Ты как? – Ухалов большим и указательным пальцем показал расстояние, равное примерно одному большому глотку. – А?

– Знаешь, даже не хочется, – Касьянин извиняюще прижал руку к груди.

 – Что-то я здесь маленько захирел.

– Будем выкарабкиваться! – уверенно заявил Ухалов и ловким движением полноватой руки вынул из второго внутреннего кармана пиджака две маленькие бутылочки коньяка, два мерзавчика. – Тут такое количество, что стакан даже не требуется. Свинчивай головку и пей прямо из горла, как в молодые годы!

– Откуда ты знаешь, как я пил в молодые годы? – подозрительно спросил Касьянин.