Ритуальные услуги

Какая-то психическая атака. А то, что один убит, – чистая случайность. Он не должен был погибнуть.

– И тем не менее…

– Да, – ответил Пафнутьев с легким раздражением.

Чем-то не понравились ему слова Андрея, была в них какая-то торжествующая назидательность, будто Андрей хотел поправить его или уличить в непонимании чего-то. Он взглянул на парня, но тот сидел, невозмутимо глядя прямо перед собой.

– А второй ранен… Это нападение никому не выгодно. И Леонард в полной растерянности, ничего понять не может, мечется, делает ошибки… Ни фига не понимаю! Они же вроде помирились…

– Кто помирился? – спросил Андрей.

– Банды.

– Откуда вы знаете?

– Доложили, – ответил Пафнутьев, и опять ему не понравился вопрос. «Андрей не должен был спрашивать об этом, он понимает, что ответа быть не может, а если я отвечу, то это будет моя ошибка. И все-таки спросил… Будто сомневается, что мне действительно об этом известно». – Кстати, что-то тебя утром не было… На место происшествия пешком пришлось добираться.

– На заправке простоял.

С бензином непросто, Павел Николаевич.

– Значит, вечером заправляться надо.

– Учту, – усмехнулся Андрей. – Куда едем?

– Домой, – вздохнул Пафнутьев. – В прокуратуре уже нечего делать.

Андрей включил «дворники», и они сразу, одним махом сдвинули в сторону слой мокрого снега с лобового стекла. Перед Пафнутьевым открылись улица, прохожие, огни машин. Андрей легонько тронул машину с места, и они тут же влились в неспешное движение транспорта.

– Ни фига не понимаю, – в очередной раз пробормотал Пафнутьев и, откинув голову, закрыл глаза.

Не нравился он себе в этот день. Похвастаться совершенно нечем. Правда, Анцыферова опять за руку схватил, но этого ему вовсе не хотелось. На Андрея вот ворчать начал. Нехорошо.

– Ты уж не имей на меня зуб. – Не открывая глаз, Пафнутьев похлопал Андрея по коленке.

– Ладно… Замнем для ясности.

Пафнутьев по голосу понял, что парень улыбается. И стало легче. Отпустило.

– А знаешь… Давай к Халандовскому, – неожиданно для самого себя сказал он.

 – Давно не виделись, надо пообщаться.

– Вика подождет?

И опять слова Андрея не понравились Пафнутьеву. Был в них укор, была усмешка, не то снисходительная, не то осуждающая. Андрей вообще не имел права говорить об этом. И снова в Пафнутьеве зашевелилось недовольство, легкое раздражение. Он ничего не ответил, не изменил позы, все так же сидел, откинув голову на спинку кресла и закрыв глаза. Андрей искоса взглянул на него раз, другой.