Победа по очкам

Некоторое время он лежал, глядя в потолок и припоминая подробности затянувшегося застолья, звонок Лубовского не то из Парижа, не то из Лондона, напутствия и предостережения друзей, которые сыпались на него в этот вечер в невиданном изобилии. Совершенно не думая о предстоящей командировке, он с удивлением обнаружил, что все решения уже приняты, что он знает, что делать, как поступить, в каком порядке. Пафнутьев частенько ловил себя на этой странности – не напрягаясь и не терзаясь, он позволял организму самому принимать решения.

И беззаботно занимался всякой мелочовкой, встречался с друзьями, шатался по городу, наблюдая быстротекущую жизнь, а вечером заваливался спать. Но наутро, наутро обнаруживал, что работа проделана, выводы сделаны, решения готовы и ему остается лишь выполнить все то, что кто-то для него подготовил тщательно и безошибочно. Есть старая русская сказка, в которой злая мачеха измывается над падчерицей, заставляя ее выполнять непосильную работу – перебирать зерно, прибирать избу, мыть и стирать. Но той помогают мыши, птички и прочая мелкая живность. Девочка спокойно ложится спать, а утром с удивлением обнаруживает, что вся работа выполнена.

Нечто похожее происходило и с Пафнутьевым, правда, не общался он ни с воробьями, ни с мышами, хотя не отказался бы, да и кто откажется…

Встав с кровати, он прошлепал босыми ногами на кухню, заварил большую чашку крепкого чая и, втиснувшись в угол, сделал первый глоток. Через некоторое время в дверях появилась Вика.

Постояв, тоже присела к столу, запахнув поплотнее халат.

– Пьешь? – спросила она.

– Пью.

– Это хорошо. У меня такое чувство, будто ты хочешь мне что-то сказать.

– Хочу.

– Говори. Внимательно тебя слушаю.

– Значит, так. – Пафнутьев замолчал, отвлеченный очередным глотком чая.

– Говори, говори, Паша. – Вика подперла подбородок кулачком. – Ты еще вчера вечером пытался что-то сказать, но силы тебя оставили. Так бывает, я привыкла.

– Неужели пытался? – удивился Пафнутьев.

– Ты произнес слово «командировка».

– Ага… Выходит, я был достаточно трезв. Все правильно… Значит, так… Еду в командировку. В Москву. Генеральная прокуратура. Особое задание. Сложное, опасное, чреватое.

– Надолго?

– Не знаю. Но что-то подсказывает мне, что она может затянуться. Такое ощущение.

– Тебе светит повышение?

– Вряд ли… Скорее всего это только командировка.

– Вернешься?

– Постараюсь.