Победа по очкам

Темная лошадка – это прекрасно… Но только… Я ведь уже разговаривал с Лубовским… Очень мило побеседовали… Вот так-то, Олег Иванович, вот так-то… Уж коли я должен соблюдать осторожность даже в этом здании, то, видимо, мне тоже не обязательно докладывать все подробности вам… А, Олег Иванович?

***

Первым делом Пафнутьев направился на Курский вокзал. По сравнению с утром народу стало поменьше, да и праздничности поубавилось. Просох освеженный спозаранку асфальт, появился мусор, пыль, да и пассажиры стали другими – вместо радостно возбужденных утренних теперь по залам ожидания бродили тусклые, изможденные люди в мятых одеждах и с мятыми лицами.

У камеры хранения было пусто, и Пафнутьев без помех получил свой чемодан. На клочке бумажки с адресом заботливой рукой Олега Ивановича была указана станция метро – «Октябрьское Поле». Не центр, но и не окраина.

Квартира оказалась однокомнатной, унылой, казенной какой-то. Видимо, тут постоянно кто-то останавливался на неделю-вторую, уезжал, на его место приходили другие.

Вот появился и Пафнутьев. В комнате стоял раскладной диван, однотумбовый письменный стол, два стула, в углу пустой шкаф с распахнутой дверцей. Окно выходило во двор, это хорошо, отметил про себя Пафнутьев, сбоку висела плотная штора бордового цвета.

На кухне он обнаружил выключенный холодильник, маленький столик, три табуретки, газовую плиту. Попробовал краны на кухне, в ванной, туалете – все действовало, вода шла и горячая и холодная. В подвесном шкафчике Пафнутьев увидел стопку разномастных тарелок, несколько чашек, в выдвижном ящике – вилки, ложки, два тупых столовых ножа, штопор.

– Штопор – это хорошо, – пробормотал Пафнутьев и, пройдя в комнату, сел на диван. А уже сев, обнаружил напротив себя картину. Естественно, это было «Утро в сосновом лесу» художника Шишкина Ивана Ивановича. Пробежав глазами по стенам, Пафнутьев увидел еще одно художественное произведение – «Незнакомка» художника Крамского Ивана Никитича. Несмотря на то, что бумага, на которой была отпечатан портрет, то ли от сырости, то ли от жары пошла волнами, красавица смотрела на Пафнутьева надменно и снисходительно.

– Разберемся, – пробормотал Пафнутьев и вздрогнул от неожиданности – из прихожей раздался резкий, металлически дребезжащий звонок. – Так… А вы не ждали нас, а мы приперлися, – пропел Пафнутьев и со вздохом пошел открывать дверь.

На площадке он увидел двух мужиков в синих комбинезонах. У их ног стояли две внушительные коробки.